Охотники за умами

Подобно многим другим серийным убийцам, Берковиц воспитывался у приемных родителей, о чем узнал только в армии. Он хотел служить во Вьетнаме, но попал в Корею, где потерял девственность с проституткой и заработал гонорею. Вернувшись со службы в Нью-Йорк, он посвятил свою жизнь поискам биологической матери, которую и отыскал на Лонг-Бич, в Лонг-Айленде, вместе с дочерью — своей сестрой. К его удивлению и разочарованию, они не желали иметь с Дэвидом ничего общего. Застенчивый, неуверенный в себе и обозленный на судьбу парнишка стал благодатной почвой для выращивания убийцы. В армии он научился стрелять, а в Техасе обзавелся «бульдогом» производства «Чартер армс» — револьвером 44-го калибра; это крупный и мощный ствол, благодаря которому Берковиц почувствовал себя сильнее и значительнее. В стрельбе он практиковался на городских свалках Нью-Йорка, пока не стал метко попадать по небольшим мишеням. Рядовой почтовый клерк днем, по ночам он стал выходить на охоту.

В Эде Кемпере я видел серийного убийцу, воспитанного детством, полным эмоционального насилия. Случай Джерри Брудоса показался мне несколько более сложным. Очевидно, что склонность к парафилии он проявлял с ранних лет. Маленького мальчика очаровала пара туфель на высоком каблуке, найденная на свалке. Однако очарование это частично могло быть вызвано и тем, что он никогда раньше подобного не видел. Эта обувь слишком отличалась от той, что носила его мать. Когда же та отреагировала слишком резко, обувь на высоком каблуке стала для мальчика запретным плодом. Вскоре после этого он украл пару туфель у своей учительницы. Однако, узнав об этом, она еще сильнее удивила его. Вместо того чтобы пожурить юного Брудоса, она поинтересовалась, почему он это сделал. И вот он уже столкнулся с неоднозначной реакцией зрелых женщин на свои действия, и предположительно врожденная склонность стала понемногу перерастать в нечто более зловещее и опасное.

Некоторое время назад стало известно, что директор начальной школы, расположенной неподалеку от моего дома, увлекается детскими ножками. Он играл с детьми, стараясь щекотать их как можно дольше. Если ребенок выдерживал определенное время, не засмеявшись, то получал денежный приз. Родители забили тревогу, когда прознали, что их дети тратят в местном торговом центре деньги, происхождение которых не могут объяснить. Но многие жители района запротестовали, когда академический совет решил уволить директора. Тот был обаятельным человеком, находился в хороших отношениях со своей девушкой, пользовался популярностью как у детей, так и у их родителей. Учителя считали, что директора обвиняют несправедливо. Но даже если он и правда без ума от ножек, кому от этого плохо? Он никогда не приставал к детям и ни разу не заставлял их раздеваться. Он определенно был не из тех, кто похитит ребенка среди бела дня ради удовлетворения своей извращенной фантазии.

С этим я полностью согласен. В этом отношении он не представлял для общества никакой опасности. Я с разговаривал с подозреваемым, он показался мне приветливым и открытым человеком. Но давайте представим, что во время одной из таких игр какая-нибудь девочка начнет кричать и угрожать, что обо всем расскажет. В панике фетишист может убить ребенка просто потому, что не придумает иного выхода. Когда за советом в мой отдел обратился учебный инспектор, я сказал, что решение уволить директора было абсолютно правильным.

Брудос — чуть ли не классический пример преступника, который начинает с безобидных причуд и быстро прогрессирует: от найденной обуви к белью сестры и вещам других женщин. Сперва юноша просто обчищал бельевые веревки, затем следил за женщинами на высоких каблуках и вламывался в их дома в отсутствие владелиц, а потом стал еще смелее и возжелал самих хозяек. Поначалу ему было достаточно примерить женскую одежду, но потом захотелось более сильной дозы. В общении он стал просить девушек разрешения их сфотографировать. Затем, когда одна из них отказалась раздеваться, пригрозил ей ножом. Но он ни разу не убивал, пока случайная жертва сама не забрела к нему домой. А дальше, один раз вкусив запретное удовольствие, он будет делать это снова и снова, с каждым разом заходя все дальше в изувечивании и обезображивании трупов.

Спек признался, что детство у него было трудным. Когда же я попросил его рассказать о семье, то в первый и единственный раз, как мне показалось, задел его за живое. К двадцати годам Роберт уже имел почти сорок задержаний, женился на пятнадцатилетней девчонке и стал отцом. Спустя пять лет, преисполненный злобы и горечи, он покинул жену, и, по его словам, у него просто не дошли руки ее прикончить. Впрочем, он убил нескольких других женщин, включая официантку в грязном дешевом баре, которая отказала ему в ухаживаниях. Кроме того, за пару месяцев до бойни в общежитии Боб ограбил и изнасиловал пожилую женщину шестидесяти пяти лет. При прочих равных условиях жестокое изнасилование зрелой женщины указывает на то, что молодой человек, возможно тинейджер, не отличается ни опытом, ни уверенностью в себе, ни искушенностью. Спек совершил изнасилование в возрасте двадцати шести лет. Чем больше лет преступнику, тем пропорционально меньше его искушенность и уверенность в себе. Вот какое впечатление на меня произвел Ричард Спек. Хотя ему было далеко за двадцать, этот закоренелый преступник вел себя совсем как подросток.

Первое впечатление о Мэнсоне оказалось прямо противоположным тому, что сложилось об Эде Кемпере: передо мной сидел обладатель диких бегающих глаз и беспокойной, резковатой жестикуляции. Чарли оказался куда меньше и субтильнее, чем я себе представлял: не выше метра шестидесяти. Каким образом этот рохля добился столь сильного влияния в «Семье»?

Ответ на этот вопрос я получил почти сразу, когда он уселся на спинку стула и теперь смотрел на нас сверху вниз. Внимательно изучив дело перед интервью, я выяснил, что Мэнсон, обращаясь к своим последователям в пустыне, садился на камень побольше, тем самым визуально усиливая собственное влияние и делая свои проповеди более внушительными.

Не поймите меня неправильно; я ни в коем случае не оправдываю преступника. Опыт и практика подсказывают мне, что люди должны отвечать за свои поступки. Но, в моем понимании, Эд Кемпер — это пример человека, который не родился серийным убийцей, а стал таковым. Сохранились бы его кровожадные фантазии, будь у него более здоровая и заботливая семья? Кто знает. Так же он реагировал бы на своих домашних, если бы в нем не проросла агрессия против доминантной женской личности? Не думаю. Этапы убийственной карьеры Кемпера были целиком и полностью направлены на то, чтобы в конечном итоге дать сдачи своей старой доброй матушке. Когда он добрался до катастрофы в своем драматическом действии, представление подошло к концу.

Полицейский — это средоточие власти и уважения в обществе. Он наделен правом причинять боль плохим парням ради всеобщего блага и не чурается его в случае необходимости. В ходе исследования мы обнаружили, что совсем небольшой процент полицейских съезжает с рельс добра и пускается во все тяжкие. И вместе с тем весьма часто серийные преступники терпят фиаско, пытаясь устроиться в полицию, и вместо этого выбирают похожую работу — например, устраиваются охранником или ночным сторожем. При создании некоторых психологических портретов мы даже иногда предполагаем, что субъект будет водить машину, похожую на полицейскую, типа «форд-краун-виктория» или «шевроле-каприс». Порой субъект, как в случае с атлантским детоубийцей, даже найдет возможность приобрести списанный полицейский автомобиль.