Саладин: благородный герой ислама

Таким образом, в возрасте тридцати девяти лет Саладин начал свою блестящую карьеру в Каире, куда он прибыл никому неизвестным. Султан Сирии, султан Нубии, султан легендарного Йемена.

Палестина стала полем битвы, где рождался новый мир, очищенный кровью своих витязей, счастливых от того, что перед тем как умереть от лихорадки или голода, они увидели возникающие вдали, позолоченные тысячелетним солнцем башни города Давида.

По словам Абу Хурайры, Пророк сказал: «Среди всех городов Аллах предпочитает четыре: это Мекка, которая является «истинным городом», Медина, которая является «городом финиковой пальмы», Дамаск, который является «городом смоковницы», и, наконец, Иерусалим, который является «городом оливкового дерева».

«Древний враг человеческого рода, — пишет хронист той эпохи, — распространил повсюду дух соблазна и царствовал в Иерусалиме. Другие народы, воспринимавшие эту страну как светоч религии, видели, что теперь там творятся беззакония. Не поэтому ли Иисус Христос пренебрег своим наследием и позволил Саладину стать бичом своего гнева?».

1180 год оказался роковым для многих властителей: Франция потеряла Людовика VII, Рим — папу Александра III, Византия — Мануила Комнина, Багдад — аббасидского халифа Ал-Мустади, Мосул — Сайф ад-Дина Гази. Филипп-Август наследовал Людовику VII, Луций III — папе Александру III, Алексий II — Мануилу Комнину, Ан-Назир — халифу Ал-Мустади.

Французская биография рассматривает личность как объект для подражания. Человека славят как героя, именно его считают истинной причиной происходивших в обществе великих событий. Ошибки великого человека признают ничтожными в сравнении с его успехами и достижениями, которые превозносятся до небес. И акцент делается главным образом на знаменитости человека, т. е. на его прижизненной известности.

Таким образом, если посчитать еще мобилизованных горожан и гарнизоны, присланные из крепостей, иерусалимскому королю удалось собрать на равнине Сефории, родного города Иоакима, отца Девы Марии, в трех с половиной милях к северу от Назарета две тысячи рыцарей и восемнадцать тысяч пехотинцев.