Wiedźmin (Komplet)

- Вэя, - сказал ведьмак. - Ты была права.

• Хм?
• Он самый красивый.

-...А те, що префектові служиш? Ніхто собі панів не обирає, то вони обираюсь, чи не так?

- Я — ведьмачка!
— Ты — личность юная и неуравновешенная! — взорвался Высогота. — Ты — ребенок, перенесший травмирующее воздействие извне, ты — ребенок обиженный, невротический и близкий к нервному срыву. И сверх всего ты одержима жаждой мести! Ослеплена жаждой реванша! Неужели ты этого не понимаешь?

-Ви, чародії, завжди приймаєте щирість за нарочитість? Чи не тому ви не вірите в щирість, навіть коли відчитуєте її в чужих думках?

- Це я в тебе маю просити пробачення. І не тільки в тебе.

• Ти аж настільки її кохаєш, - сказала ( не запитала) вона.
• Аж настільки, - признався він упівголоса після довгого мовчання.

- Ти свиня! Горлодер проклятущий! Брехло!
Геральт зацікавлено потягнув кобилу за ріг вулиці. Не встиг іще локалізувати джерело вереску, коли до нього долучився глибокий липко-скляний брязкіт. "Банка вишневого повидла, - подумав відьмак. - Такий звук видає банка вишневого повидла, якщо кинути нею у когось з великої висоти чи із великою силою."

- Ты, человек, подашь мне руку? Мне - разбойнику и бандиту?

• Не задумываясь. Меня теперь уже не так легко обмануть, как прежде. И хоть я и не всегда догадываюсь о побудительных причинах, но понемногу овладеваю искусством заглядывать под маскарадные маски.

Магия - дело слишком серьезное, чтобы ее судьбу доверить мужчинам.

А теперь... Мы здесь одни. Без свидетелей. Никто не увидит, а я никому не скажу. Плачь, девочка. Выплачься. Выплачься последний раз. Потом тебе уже нельзя будет плакать. Нет зрелища более жалкого, чем плачущая чародейка.

Жить надо. А что будет, то будет. Того, что предназначено, не избежать.

Жить надо. Неважно, что было. Жить надо.

Разве все должно иметь смысл?

Ты смеешься над Предназначением. Насмехаешься над ним, играешь с ним. У меча два острия. Одно из них - ты. Другое - смерть?

Легко убивать из лука. Так легко спуститить тетиву и думать: мол, это не я; не я, а стрела. На моих руках нет крови того мальчика. Его убила стрела, а не я. Но стреле ничего не снится по ночам.