«Если я ей не нравлюсь, — думал он, — пусть прогонит! Если же я ей по душе, пусть скажет!»
И со вздохом спросил:
— Значит, вы не допускаете, что можно любить... женщину?
Госпожа Арну ответила:
— Если она свободна — на ней женятся; если она принадлежит другому — уходят.
— Итак, счастье невозможно?
— Отчего же! Но счастье нельзя найти в обмане, в тревогах и в угрызениях совести.
— Не все ли равно, если оно дает божественную радость!
— Опыт обходится слишком дорого.
Он решил прибегнуть к иронии.
— Значит, добродетель не что иное, как трусость?
— Лучше скажите: дальновидность. А женщинам, готовым позабыть о долге и религии, помогает иногда простой здравый смысл. Эгоизм — прочная основа целомудрия.
— Какие у вас мещанские взгляды!
— Да я и не мню себя знатной дамой!
Тут прибежал маленький Эжен.
— Мама, пойдем обедать?
— Да, сейчас!
Фредерик поднялся, появилась Марта.
Он не мог решиться уйти и, бросив на г-жу Арну взгляд, полный мольбы, спросил:
— Женщины, о которых вы говорите, верно, очень бесчувственны?
— Нет! Но они глухи, когда надо!
Она стояла на пороге спальни, рядом с ней — двое ее детей. Он поклонился, не сказав ни слова. Она безмолвно ответила на его поклон."