Радость поутру

– Весьма эксцентричный молодой джентльмен мистер Фитлуорт, сэр, – заключил Дживс, когда я смолк.
– Буйнопомешанный с ног до головы, – подтвердил я.

Зато Флоренс вся рассиялась, как будто кто-то включил рубильник.

Этот убийственный нежный, умильный взгляд пронзил меня насквозь, как раскалённое шило пронзает брикет масла, и я ощутил мистический ужас.

У меня в жилах стыла кровь и под ложечкой появилось трепыхание, как будто я принял внутрь две столовые ложки бабочек.

Я хотел возразить, но не смог: язык зацепился за нёбо и мозги онемели.

...в которых надежда в общем-то блистала своим отсутствием.

В глазах появилось некоммуникабельное выражение, как бывает у попугая, когда его угощает половинкой банана незнакомый человек, не внушающий ему полного доверия.

Но ведь начальники не будут продвигать по служебной лестнице молодого полисмена, пока он не совершит чего-то из ряда вон выходящего, от чего они охнут и вымолвят: «Вот это да!» Неделю за неделей, месяц за месяцем, бедный Сыр томился, как орел в клетке, изнемогая от невыносимого законопослушания здешних жителей и тщетно мечтая хотя бы о собаке без ошейника или о шумном выпивохе в общественном месте, в которого он мог бы вонзить зубы.

-Я должен был это предвидеть! Меня предупреждали, что получится, если выпустить здесь на волю такого сумасшедшего, как ты. Я мог бы догадаться, что прежде всего, даже не успев распаковать вещи, ты сожжешь этот несчастный дом.

Бертрам так и остался при твёрдом убеждении, что мы с его мальчишкой совместно составили кворум, подорвали домик порохом, а потом ещё поддерживали горение, систематически подливая керосин и подбадривая друг друга, ибо на всякой работе, как говорится, вся сила — в коллективе.