Лев Троцкий

Размышления по прочтении:

1. Долго держался я в себе чистый образ Ленина - интеллектуала, волевого лидера, революционного романтика. Сейчас мое отношение к этому человеку поменялось. Уж очень не притязательно выглядит на первой встрече с Троцким только что проснувшийся Владимир Ильич ("чтобы разрушить образ кумира представь его в нижнем белье"). Уж очень он органичен в роли манипулятора и полемиста, не знающего ни чести, ни совести.

2. Не могу сказать, что Троцкий мне приятен. Но из всей большевистской когорты он один сохранил романтический ореол. Во многом ему в этом помог Сталин, сделав его публичным мучеником революции и оттенив свои кровавым следом в истории его перегибы и произвол.

3. Почему Сталин выиграл этот "поединок"? Троцкий инороден для русской культуры, не укоренен в ней, космополитичен по своему самоопределению. Сталин же твердо опирался на культурный фундамент России.
Кроме того, Троцкий отталкивал людей своими эгоцентризмом, вспыльчивостью, надменностью. Он делал ставку на роль своей (и только своей) личности в истории. А Сталин не страдал по первой звездностью, умел не выделяться над общим уровнем, мог затаиться и действовать исподтишка. Троцкий очень коммуникабелен, но асоциален. Сталин же - угрюмый человек, плохо говоривший на русском, был гораздо более социален.

4. Троцкий красиво и ярко (как в известной басне Крылова) "лето красное пропел". А Сталин трудился над складыванием механизма советского государственного аппарата, готовился к зиме революции. Закономерно, что когда наступили "заморозки", последний мог смачно сказать Троцкому: «Ты всё пела? это дело: Так поди же, попляши!»

5. Чему учет история жизни Троцкого? Социальная система сильнее личности. Если осуществлять революционное социальное действие без закрепления его духа в системе социальных институтов, то этот дух растворится в Космосе и не оставит даже следа. И второе - новая социальная система не может не базироваться на культурных опорах данного народа, социально-культурных нормах и ценностях разделяемых большинством. Поэтому, кстати, любая революция переходит в реакцию. Ведь когда революционный дух "остывает" и фиксируется в новых институтах, исходно задумываемых как воплощение нового ценностного консенсуса, они (институты) попадают в глубокую культурную колею этого места. Происходит откат, возврат, пусть к видоизмененным, но привычным нормам. И только на следующем шаге расширенная от революционных потрясений колея дает возможности поменять культурные нормы.

6. Личностная трагедия такой исторической фигуры как Троцкий даже не в том, что он был отодвинут от власти, а в том что он был рожден для бури и познал радость борьбы с ней, а буря внезапно закончилась. Примечательно, что он начинает терять власть после Гражданской войны, когда необходимо было перестраиваться с антикризисного управления на регулярное. В этих условиях становятся менее востребованы острый ум, ораторские таланты, ad hоc методы действия, личный героизм - все то, что было сильной стороной Льва Давидовича. Уделом Троцкого стало раздувание еле тлеющего костра революции. Ведь только горение в его пламени было для этого человека смыслом жизни.

7. Троцкий - поэт революции. Сталин - ее механик.

P.S.

• Интересно поглубже познать драматургию судьбы других "лузеров" русской революции - Каменева, Зиновьева, Бухарина и др. В отличие от Троцкого их удел оказался гораздо более прискорбным... Но боюсь что моих душевных сил не хватит, чтобы в ближайшее время опять погрузиться в смрад тех событий.

По мнению автора, роль Троцкого в российской и мировой истории несколько преувеличена: в партии он был вторым после Ильича, но, как известно, «вторых» вождей не бывает. Созданный им Коминтерн не имел реального политического веса, а идея мировой революции и Соединённых Штатов Европы, которой он бредил до конца своих дней, так и осталась утопией. Не умея плести интриг, «демон революции» проиграл борьбу за власть, был изгнан из страны, пережил всех своих детей и погиб от руки убийцы, подосланного его злейшим врагом. Заявляя о стремлении к объективности в жизнеописании Троцкого, Г. Чернявский всё же романтизирует своего героя, преподнося его как последнего великого утописта, который искренне верил в свои идеалы и остался верен своим убеждениям до конца жизни. С другими персонажами книги дело обстоит с точностью до наоборот: Ленин здесь вспыльчивый и мелочный «кукловод», а Сталин — грубый и мстительный лицемер. Самые уничижительные характеристики достались Зиновьеву, Каменеву и... Рамону Меркадеру.

Говоря о нелицеприятных качествах Троцкого, биограф подчёркивает его высокомерность, эгоцентризм, наглость и «вождистские замашки» (выражение Ленина), которые рано или поздно отталкивали от него самых преданных соратников. Лев Давидович умел произвести впечатление человека, глубоко эрудированного в самых разных сферах, но зачастую его познания были довольно поверхностными. В ораторском искусстве ему не было равных. Выступая перед разношёрстной публикой, он пускал в ход весь свой актёрский талант, превращая свои речи в настоящие театрализованные шоу, срывая аплодисменты даже во враждебно настроенной аудитории. Однако очевидцы отмечали, что это было не более чем эффектное пустословие.

Троцкий, с детства очарованный магией печатного слова, оставил огромное литературно-публицистическое наследие. Его книги «Моя жизнь», «Сталин», «История русской революции» и «Преданная революция» стали международными бестселлерами. Автор считает, что наиболее результативной была его деятельность в качестве организатора Октябрьского переворота и на посту наркомвоенмора. На счету Троцкого создание дисциплинированной и боеспособной Красной Армии, победившей в Гражданской войне и подавлявшей Кронштадтское восстание и крестьянские повстанческие движения. Именно он ввёл в армию институт политических комиссаров, заградотряды и расстрелы. По его инициативе к службе в рядах РККА начали массово привлекать бывших царских офицеров и создавать трудовые армии. Наконец, Троцкий был председателем самого первого Совета.

Неудивительно, что главной целью сталинской кампании по дискредитации Троцкого было не допустить, чтобы он оставался в общественном сознании как ближайший соратник Ленина и вождь армии. Согласно представленным в книге сведениям, Сталин задумал физическое устранение своего оппонента ещё в 1924 году. В связи с этим интересна история планирования и осуществления покушений на жизнь вечного революционера. Большим плюсом книги для меня стал подробный рассказ о быте Троцкого в изгнании и трагической судьбе его детей. Тяжело переживая гибель каждого из них, на грани умственного расстройства, он всегда находил силы взять себя в руки и возвратиться к работе. Также уделено внимание любовницам наркома, наиболее известными среди которых были «валькирия революции» Лариса Рейснер, кузина Черчилля Клер Шеридан и, конечно, экзотичная Фрида Кало. Оценивая деятельность Льва Давидовича Троцкого как лидера оппозиции, необходимо помнить, что международная комиссия по расследованию обвинений, предъявленных ему на московских процессах, признала его невиновным.