
Ветер странствий
Clickosoftsky
- 978 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
У меня есть мечта: мир во всём мире и съездить на Аланды порыбачить. Воспоминания петербурженки, оставившей великий город ради Аландских островов, просто не могли не привлечь самого благосклонного внимания. Ах, страноведческая информация! Ура, достопримечательности! Виват, интересные личности...
Сто две начальные страницы своего дебюта Екатерина-Кати с терпеньем доказывает, что Аланды - дыра дырой, а аландцы - прорехи на человечестве. Непереносимо скучные типы живут непереносимо скучной житушкой, когда пропажа комнатной собачки или эпидемия педикулёза - всеобщая сенсация, безобразное пьянство - единственное развлечение, ксенофобия врождена и непреоборима, праздник - это молчаливое сидение в четырёх стенах, а всякая гадость, например, молоко и сливки, считается едой. Природа красивая, но природой сыт не будешь. Кульминацией доказательства становится новогодняя пьянка на пароме. Всех тошнит, и увы - это не цитата из Хармса.
Я немолодая сельская женщина. Меня не удивляет, что пьяных рвёт. Удивляет цель скрупулёзного перечня, кого, как, где и чем рвало. Даже пришлось породить отзыв на Озоне, чтобы банально предостеречь тех, кто интересуется не пьяной рвотой, а заявленной в заглавии Скандинавией. Сейчас пишу в близких выражениях, потому что эмоции не остыли. Допустимо писать памфлеты на соседей, иной раз пригодится даже пасквиль а-ля Астольф де Кюстин, но цели вот таких списочков не понимаю.
Когда Катя, утомясь провинциальной тишью, переезжает в Швецию, отличия минимальны: а) есть ночные клубы, б) атмосфера несколько более богемная. Характер профдеятельности позволил русской девушке внедриться в домашний уклад таинственных скандинавов. Достаточно объёмный труд оставляет лишь один вопрос к создательнице: "Зачем ехала, голубушка?" Шведы и финны Стенвалль - или с придыханием выписанные красавцы-полубоги-нелюди, или сморчки условно полу мужеского, или жуткие троллихи условно полу женского. А если особа обратится дружелюбно, то нельзя не отметить, как отталкивающе у особы обвисла грудь. В "Страннике" нет личностей, а есть карикатуры, вражеские шаржи, персонажи анекдотов, иногда лирических, а чаще - разухабистых. Там и юмор какой-то "разочарованный": многодетная мать = человеческий инкубатор, победительница кулинарного конкурса - блинная Годзилла... Или ещё приведу пример - Кати с приятелем-югославом заходит в лавку народных промыслов. Владелица на них косо глянула. Югослав заводится, выбирает штук тридцать расписных мисок "родственникам в Косово", требует завернуть, надписать и т.д., после чего смеётся финке в лицо:
"Вы знаете, я забыл, что все мои родные убиты..."
Парня-то понять можно, на его случай есть психотерапевт и Божие милосердие. А Катя-то, Катя, солидарно хихикающая: "У, как мы отбрили эту бабу!" Отношение к новым согражданам, в принципе, обычное: агрессивное несколько самоутверждение: "Фуй, они в метро едят и причёсываются! И детвора у них невоспитанная, и старухи стервозные, и алкоголики кругом, фуй!" Но как г-жа Стенвалль воспринимает себя ... Это диссертабельно, дорогие коллеги. Ведь роду homo sapiens свойственно вроде выставлять себя в выгодном свете.
Катя о любви: Мы никогда не были особо близки, это был случайный персонаж в моей жизни... Но молодой человек непременно хотел секса, иначе зачем он приезжал! После секса он заснул...
Катя о матерях и детях: "Меня подташнивало... Я девушка нежная и неподготовленная, я боюсь человеческих инкубаторов".
Катя о планах на будущее: "жизнь, о которой я всегда мечтала - чтобы были друзья, чтобы пить кофе в центре города и обсуждать новинки литературы, чтобы танцевать в ночных клубах, а потом бежать домой по тёмным улицам..."
Всего-то?!
Тёмная история отъезда, рефрен "Я девушка нежная", наряды с блёстками, дискотеки, необоримая потребность в праздниках и фейерверках, даже купание в Неве - по большому счёту, понятно и безобидно. Приложив некие усилия, можно принять и то, что взрослый неглупый индивид променял работу по специальности на рыбзавод и уборку чужих домов. Необъяснимо одно - взрослому неглупому индивиду всё не так и не эдак, он ощущает себя в кунсткамере, среди уродцев... а уезжать не уезжает. Почему?
Из немногих удачных моментов:
- Чего ты так быстро вяжешь?

Невероятно холодно, сыро, мерзко, с неба сыплется что-то непонятное, и весь город накрыл белый ледяной туман.
Вот такое же у меня впечатление от этой книжки.
Похоже на бесчисленные монологи Задорнова, в которых американцы - тупые, только про шведов и не смешно.
И вообще моя главная претензия - это то, что Катя Стенвалль не любит людей, мизантропирует помаленьку. И нет бы честно написала: ненавижу, вилку вам всем в глаз, так нет, она исподтишка не любит, и на тексте это очень сказывается - всё время чувствуется какая-то замаскированная гадливость и описания природы не выручают.
Так что спасибо ВКК "Борцы с долгостроем" - прочитала и сбагрю обратно маманькину, ибо шкаф не резиновый, а тут понавезли)

Долго думала над тем, какую же оценку поставить книгу, врать не буду. До этого не читала рецензии, только смотрела выставленные оценки. В итоге сошлась на 3,5 баллах и объясню почему. Книга в целом-то неплохая, интересная и задорная, героиня неуклюжа и напоминает Бриджит Джонс, однако лёгкая хамоватость говорит не в её плюс, иногда это переходит границы дозволенного. Лёгкий слог, интересные и необычные ситуации способны улыбнуть, но вот их избыток, наоборот, под конец вызовет радостное возбуждение от того, что книга, наконец закрыта. Так что это был, в общем-то, неплохой опыт и очень даже симпатичная книга на один вечер. А теперь о главном.
События, описанные в книге, происходят отнюдь не в какие-то там стародревние времена, а вполне в самые обычные наши. Ну и по закону жанра тут обо всем, о еде, о питье, об одежде и месте пребывания. Странное чувство возникло после прочтения, обычно истории из этой серии к чему-то приводят, есть какой-то результат, а тут ничего и нет, ну рассказала автор и рассказала, это не обременительно. Но вместо колоритного пейзажа, яркости и красочности я обнаружила анекдотичную Швецию с каким-то набором действий, причём, что бы героиня ни делала - всё плохо. Странное отношение у героини к детям, то она называет молодых мамочек инкубаторами, то восхищается 9ю своих друзей, ну тут как говорится, если это моё, то я это люблю, а если не моё то ненавижу. Так же нелепо мне показалось, что она «так любит природу» и при этом боится каких-то лосей. Ну не верю, что её не учили в школе фразе «животные сами вас бояться», уж тем более лоси. Далеко ходить не буду у моего дедушки дача в России в такой глухомани, что и лисы в поле бегают, и белки по деревьям скачут, и лоси к домам выходят, не говоря уже о колонии ёжиков. Бояться абсурдно на самом деле.
Но что мне понравилось: описание еды, праздников, работы, отношения местных к приезжим. Думаю это хорошие данные, которые пригодятся тем, кто собирается туда перебраться на постоянное жительство. Хорошо то что, она развенчала мнение о том, что это чуть ли не райская земля, что по большому счёту там мало с кем будешь общаться, адаптироваться будет отнюдь не легко. Но вот как-то сама жизнь героини ни о чём, работа, которая не имеет перспектив, чувствуется, что у девушки даже образования-то никакого нет, она уже сама рванула в поисках приключений, авось найти что-то. Убивает такое отношение. Да и семья странная, в которой общения как такового нет, зато есть постоянные походы на дискотеку, в боулинг, но не более того. А все ссылки на книги, звучат как бахвальство «а вот я какая». Но при этом ни разу не говорилось, чтобы она что-то читала и покупала книги. Всё же саморазвиваться нужно и начитанные девушки более привлекательны, нежели пустые вертихвостки. Не знаю, есть ли у автора какое-либо будущее, если только блогера. Заметки-то у неё неплохие, некоторые прелестны даже, но вот издаваться… Я думаю, нет.
В общем, в целом-то книга попала под настроение, но не произвела немного не то впечатление, на какое я рассчитывала, некоторые вещи можно было преподнести в другом ключе, никого не обижая и не унижая. Ну что ж, пусть будет на совести автора.

Аландская кухня
Вот уже без малого полгода я живу на Оланде. Приближаются новогодние праздники, а какие праздники без угощения. Так что самое время рассказать о местной кулинарии.
Еда явилась для меня одним из самых больших потрясений, разочарований и сюрпризов. Наверное, если поискать в Интернете, то можно прочесть, что аландская кухня представляет собой смесь шведской и финской кухонь и, конечно, несёт в себе отпечаток жизни на морском архипелаге. Вы наверняка представили себе копчёного лосося, жирную балтийскую селёдочку, мидии в вине (или в сидре?), наваристую уху. И правда, тут в каждом дворе установлена печь для копчения рыбы. Но, увы, ольховые щепочки, берёзовая кора, форель, подвешенная в каменной трубе, — всё это существует только в моём воображении. На самом деле в этих печах ничего не коптится, разве что жарятся сосиски из супермаркета, когда народ отмечает Мидсоммар, праздник летнего солнцестояния.
Я должна вас разочаровать. Ничего подобного за всё время пребывания на островах я не видела ни разу. Современная аландская кухня представлена разогретой в микроволновке пиццей. Когда случается какое-нибудь торжество и семья выезжает в город в ресторан, то обычно заказывают то же самое — пиццу. Если человек бывал в континентальной Европе и видел свет, то он заказывает пиццу с чесноком — небывалая комбинация для тех, кто любит погорячее!
Дома здесь обычно ничего не готовят, и обеда как такового нет. На завтрак едят мюсли с молоком. На обед — то, что дают на работе. На ужин — бутерброды с кофе. Кофе местные жители потребляют литрами, без молока. Обычно на столе стоит огромный термос с кофе, сваренным с утра в кофеварке, и его весь день пьют. Часто кофе делают очень крепким, и в него добавляют корицу и кардамон. Если человек хочет хлебнуть спиртного вечером перед телевизором, он наливает себе чашечку кофе и добавляет в него ложку водки. Потом ещё чашку, и ещё ложку водки. Если хочешь напиться, приходится выдуть до двадцати чашек кофе. Интересно, каково потом спится любителям хмельного? Правда, чашечки на островах используют маленькие…
А что же дают на обед на работе? Ну, здесь этот вопрос решается очень просто. Существует всего четыре блюда.
Во-первых, «пютипанна», то есть картошка с луком и мясом (обычно это колбаса типа докторской); всё порезано маленькими кубиками и пожарено. К этому также прилагается маринованная свёкла. Иногда всё заливается яйцом.
Во-вторых, замороженный гамбургер, разогретый в микроволновке.
В-третьих, спагетти с мясным фаршем и томатным соусом. Если оперировать русскими понятиями, то получатся макароны по-флотски с кетчупом.
И, наконец, в-четвёртых, упомянутая выше покупная пицца, разогретая в микроволновке.
Аландцы очень любят кока-колу и потребляют её в неограниченных количествах. На острове нет «Макдоналдса», но имеется несколько киосков, где вам могут разогреть гамбургер из вакуумной упаковки. Особой популярностью пользуется жареная сарделька с картофельным пюре, луком и горчицей, завёрнутая в тонкий белый блин. Запивается колой.
Местные жители обожают молоко и потребляют его часто и в огромных количествах. Аландец будет пить молоко, пока оно не кончится в холодильнике. Есть в холодильнике литр — выпьет литр. Найдёт три литра — выпьет все три. Молоко считается панацеей от всех болезней. Кто пьёт молоко, будет жить сто лет. Детей тут им буквально пичкают. Не пить молоко считается делом глупым и даже опасным. В особо торжественных случаях вместо него подают сливки. Я никогда прежде не видела, чтобы за столом пили сливки из литровых стаканов. Сливки добавляются всюду, в любое блюдо. Сливки, по мнению аландца, это вкусно и полезно, это символ достатка. Даже символ образованности. Умный человек понимает, сколь важную роль играют сливки в питании. Возьмите любое блюдо и налейте туда сливок — вот и будет вам блюдо по-аландски.
На мой вкус все аландские блюда — пресные, жирные и тяжёлые для желудка. Присущая русской кухне кислинка здесь не в чести. Квашеная капуста, маринованные огурцы, салат с тёртым яблоком — всё это кажется аландцу совершенно несъедобным. Мягкий, «округлый», пресный вкус, жирность, придаваемая сливками, вот что считается здесь вкусным. В каждое блюдо добавляется также и мука, чтобы сделать его густым и питательным. Густое, белое, пресное, мягкое, жирное — это визитная карточка аландской кухни. Признаюсь, что я никогда не могла есть все это без содрогания.
Любой продукт, не важно какой, требуется сперва отварить до состояния каши, затем протереть через сито, после чего заправить сливками и мукой и запечь в духовке до образования румяной корочки. Разрезать на ломтики и полить маслом. Запеканка из проваренных ингредиентов, вкус которых уже нельзя различить, — это что-то очень аландское.
Местная кухня не знает приправ. Ни лука, ни укропа, ни чеснока. Но если уж хочется приготовить что-нибудь интересное, то аландцы сыплют в блюдо такое количество специй, что весь дом потом пахнет как индийская лавка. При этом они абсолютно не разбираются, какие специи к чему подходят. «Я купил пакет специй, я потратил на это деньги, я хочу всех удивить — ну так наслаждайтесь же, дармоеды!» Всыпать пригоршню карри, имбиря, кардамона, корицы, шафрана в мясной суп — это очень характерно для Оланда. Как будто чем больше приправ, тем вкуснее станет блюдо.
А ещё мне частенько казалось, что аландцы смешивают несмешиваемые продукты. Сырая свёкла с консервированными ананасами, залитая взбитыми сливками. Сырой кабачок, порезанный в салат, с вишнёвым вареньем, и всё это залито опять-таки сливками. Я не понимаю, как это вообще можно есть, а главное — зачем. Но сами аландцы, нимало не смущаясь, с удовольствием всё это едят.
Да, чуть не забыла. Главное на Оланде — это сахар. Его добавляют всегда и везде. По мнению местных жителей, сладко — значит вкусно. А очень сладко — очень вкусно. Сахар здесь кладут в суп, в салат, добавляют в маринад к селёдке. В качестве гарнира к мясу используют брусничное варенье. И это, наверное, единственное, что, на мой взгляд, действительно можно есть. Мясо с вареньем — это вполне съедобно. Но вот сырые кабачки с сахаром — увольте. Самым вкусным блюдом на свете считается мороженое. Оно одновременно сочетает в себе все самые прекрасные качества: сладкое, белое, жирное, холодное, сделанное из сливок, густое и пресное. Аландцы едят по нескольку порций мороженого в день, и самый любимый их вкус — лакричный.
Кислая и солёная пища считается у них отвратительной. Они не солят грибы, не квасят капусту и другие овощи, только маринуют с огромным количеством сахара, добавляя туда консерванты, которые можно купить в любом магазине. Представляете, добавлять химию в домашние заготовки! Зачем тогда вообще что-либо самому консервировать? Легче купить. Хотя в целом заготовка овощей считается тут давно забытым тайным ремеслом, и только некоторые преклонного возраста бабушки помнят, как это делается. Домашнее консервирование покрыто флёром старинной тайны, о которой знают лишь посвящённые. «Из вереска напиток забыт давным-давно…»
Сами аландцы весьма брезгливо относятся к незнакомой еде. А незнакомым считается всё, что не булка, не картошка и не макароны. Креветки, рыба, овощи, фрукты, мясо — это всё очень странно. В общем-то, аландцы в своих пристрастиях похожи на некоторых детей, которые соглашаются есть только блины с вареньем и больше ничего.
Самое противное, что я пробовала на Аландских островах, это рождественская запеканка. Капусту, картошку, брюкву и морковку варят два часа, потом протирают через сито, смешивают со сливками, сахаром и мукой, посыпают сыром и всеми имеющимися специями, кроме соли, и запекают в духовке. Получается зеленоватая сладкая масса со вкусом парфюмерии.
Одним словом, лично мне аландская кухня категорически не нравится. Хотя, возможно, кое-кто со мной и не согласился бы.

Обычный шведский пьяница — это крупный длинноволосый мужчина в кожаной куртке, кепке и футболке с каким-нибудь хардроковским мотивом. Не знаю уж, почему они все так похожи друг на друга, а может быть, просто именно такие типы сидят за уличными столиками пивных, и я их вижу, проходя мимо.

И вообще, свечи, свечи и свечи здесь абсолютно везде. На каждом подоконнике, на столе, на телевизоре — буквально повсюду. Сочетание тёмного дома, мерцающих огоньков свечей и цветущих гиацинтов — это что-то очень шведское! Хотя сами шведы это вряд ли замечают.









