Обладать

Литературные шедевры бывают разные. Бывают романы полные сильных чувств, трагичные и поучительные истории, делящие жизнь на до и после, бывают тонкие, полные трепета и заботы к языку шедевры словесности, случается даже, что жанровая литература, приобретает такой вес, что меняет ход литературной истории, как это было с "Властелином колец". Мне же больше всего импонируют филологические, экспериментальные шедевры, полные структурных загадок, немыслимых аллюзий и неподражаемых идей. Перечислять их сейчас было бы лишним, достаточно того, что нынешняя рецензия как раз о такой книге. Роман британской писательницы Антонии Байетт "Обладать" не зря занимает место в списках лучших романов двадцатого века и стал лауреатом Букеровской премии. В нем нет политики, нет повестки, в плохом смысле слова, нет до дыр затертых и поверхностных тем, проще говоря - ничего лишнего. Зато есть колоссальная эрудиция, невероятная гибкость ума и наивысший уровень писательского мастерства. Игра стилями, идеями, многообразие интерпретаций, - для перечисления и анализа всех особенностей романа не хватит и крупной журнальной статьи, и даже литературоведческого разбора. По всем этим причинам, многие боятся читать роман Байетт, избегают его и откладывают в самые темные углы книжных полок. Однако этого делать не стоит, "Обладать" совсем не такой страшный зверь, как "Улисс" или "Радуга тяготения". Он гораздо лояльнее к читателю и доступнее. Не откладывайте - читайте, а я постараюсь вас к этому замотивировать.

Изнурительная и колдовская тяга к познанию влечёт нас по пути, которому нет конца.

Завязка романа понравится любому книголюбу. Роланд Митчелл, неофициальный сотрудник Британского музея и член падубоведника, отыскивает в ветхом экземпляре "Оснований новой науки" Вико заметки и, что гораздо важнее, неотправленные письма его литературного кумира - Рандольфа Падуба. Поэт девятнадцатого века, примерный семьянин и известный скептик внезапно обнаруживает себя влюбленным - это еще предстоит доказать - в загадочную поэтессу, бретонку, Кристабель Ла Мотт. Открытие возможной связи между литераторами может перевернуть все представление об их немаловажном для британской культуры творчестве. Роланд берется за лупу, надевает шляпу охотника за оленями и отправляется в долгий путь, петляющий в десятках писем и страниц дневников.

Человек – это история его мыслей, дыхания и поступков, телесного состава и душевных ран, любви, равнодушия и неприязни, история его народа и государства, земли, вскормившей и его, и предков его, камней и песчинок знакомых ему краёв, история давно отгремевших битв и душевных борений, улыбок дев и неспешных речений старух, история случайностей и постепенного действия непреложных законов – история этих и многих других обстоятельств, один язычок огня, который во всём живёт по законам целого Пламени, но, вспыхнув единожды, в своё время угаснет и никогда больше не загорится в беспредельных просторах будущего.

Чем вам не детектив? Очень даже похоже. Загадка есть. Призраки прошлого в изобилии. Любовный треугольник? - и не один. По части сюжета "Обладать" самая настоящая находка. Причем с любой точки зрения. Если присмотреться, то роман Байетт это и рыцарский роман, и детектив, и своего рода фантастика, и эпистолярный роман, и классический викторианский роман о любви и, и, и, и. Перечислять можно долго и нудно, почти так же, как читать список кораблей в "Илиаде", хотя бы до середины. Остановимся на самом для меня интересном. Роман идей. Это пожалуй лучшее определение "Обладать", которое только можно дать. Буквально каждая глава романа предоставляет новую тему для рассуждения. Об этом очень важно помнить, когда будете пытаться проглотить книгу за пару-тройку ночей - не нужно, да и не выйдет. Текст Байетт необходимо смаковать, катать по небу и наслаждаться долгим, торфяным послевкусием после каждой главы. На случай, если среди читателей есть почитатели виски, прошу, - перед вами, как минимум Айла, а по мне так даже Скай. Многослойное, сложное, пригодное для сотни, если не сотен, интерпретаций произведение. Меня до сих пор не отпускает метафора женского начала, как океана. В каждом описании воды мне теперь виднеются отголоски рассуждений Мод Бейли и поэзии Ла Мотт. Да, кстати, это и феминистский роман тоже. Кого-то это сразу вдохновит купить роман и окунуться в многостраничное почитание прекрасной половины земли, а кого-то, наоборот, придется силком возвращать к книге. Байетт не та феминистка, которая заведомо ненавидит любого мужчину и смешивает его с грязью. Здравое, смелое по меркам того же девятнадцатого столетия мнение о женском равноправии и даже больше - о женских преимуществах перед мужчинами, с которыми я беспрекословно соглашаюсь. Справедливости ради в романе даже есть сцена, где женщина, а не мужчина, домогается до другого человека (пишу, конечно, не эзоповым языком, но стараюсь не спойлерить). Байетт нигде не перегибает палку, умело балансирует на грани радикального феминизма и маскулинности, дарует читателю полную свободу в выборе сторон и мнений.

Сексуальность – словно толстое, закопчённое стекло, на что сквозь это стекло ни глянь, всё принимает одинаковый, смутно-расплывчатый оттенок. Вообразить просто углубление в камне, наполненное просто водой, уже невозможно!

Думаю, многие из вас знают, что такое игра в построение метафор. Берешь за начало какое-то слово, образ и нанизываешь на него другие, тождественные по каким-то признакам слова, обнаруживая в результате крепкую связь между метлой и чашей Грааля. Так вот "Обладать" - одна сплошная игра в метафоры, уследить за которой порой бывает так же трудно как за кошкой на даче.

У вас никогда не бывает ощущения, что наши метафоры пожирают наш мир?

Я нарочно не рассказываю вам о подробностях романа. Но отнюдь не от жадности или скупости мысли - я не хочу портить вам игру. "Обладать" не тот роман, о котором нужно предварительно читать, готовиться к нему, натаскивать эрудицию и подтягивать выносливость перед долгим читательским забегом. "Обладать" нужно читать самостоятельно, особенно в первый раз. Во второй - пожалуйста, запаситесь парой литературоведческих статей, мнением друзей и экспертов, и вперед, как Роланд, отыскивать все прочие потаенные смыслы в пухляше британской писательницы. Первый раз - особенный, не портите его мнением со стороны.

Наверное, в каждую эпоху существуют какие-то истины, против которых человеку данной эпохи спорить бессмысленно, нравятся они ему или нет. И пусть даже неизвестно, будут ли их считать за истину в будущих веках.

Отважусь рассказать только об одной побочной линии сюжета. Соперничество двух профессоров падубоведов - Собрайла и Аспидса. Внимательный читатель уже успел заметить, что фамилии обоих персонажей говорящие. Собрайл - от собрания, собирательства, оно же коллекционирование; Аспидс - от змеи, искусившей Еву в одном мифологическом саду. Оба ученых яростные фанатики творчества Падуба, но с разными подходами. Аспидс потерял себя в изучении творчества викторианского поэта. Утратил личность, превратившись в подобие. Растворился. Собрайл же, наоборот, принимает успехи Падуба за свои собственные и с непонятным человеку разумному рвением скупает все и вся, некогда принадлежавшее поэту. А если не получается купить - крадет. Тема научного фанатизма в романе сквозная, что впрочем понятно из названия. Байетт задает читателю очень любопытный вопрос: кто кем овладевает - ученый предметом исследования или наоборот? Где проходит черта между испытателем и испытуемым, и как не потерять себя во время эксгумации вечного?

Но предположим, что все так и было: что и в самом деле были вызваны души усопших - и что проку? Неужели наше предназначение в том и состоит, чтобы всю жизнь просидеть, уткнувшись взглядом в черту, за которой густеет тень?

Как я уже сказал ранее, о романе Байетт можно рассказывать очень и очень долго, утопая в десятках сюжетных развилок и авторских метафор. "Обладать" - настоящая ода герменевтике, которая способна побудить даже в самом не въедливом читателе тягу к литературному диггерству. Этот роман гораздо интереснее читать, а после обсуждать, делиться впечатлениями и вместе перечитывать письма и дневники поэтов в поисках очередной интересной аллюзии или метафоры. "Обладать" - литературный шедевр, и я призываю всех и каждого: покупайте и скорее читайте.

Незадолго до этой книги я читала «Легенду о смерти» Ле Бра и была посвещена в тайны подводного города Ис, поверила в Анку и его повозку смерти, погоревала об утонувших моряках, прикинула в уме преимущества воплощения в ундину. Рассказано об этом всем было незамысловатым, простым языком старой необразованной женщины. Она то верит и знает о чем говорит.

Потом, совершенно случайно меня поглотили работы голландской художницы Анны-Марии-Сибиллы Мериан, рисовавшей в красках жизненные циклы насекомых. Рисовала она в 18-м веке, во времена колонизации экзотических земель и знакомства с многообразием божьих тварей. Потрясают твари, потрясает художественная манера, потрясает то, что художник - женщина, потрясает признание в обществе ее таланта. И даже то, что созданы ее шедевры задолго до оглашения теории эволюции и моды на изучение насекомых и превращения исследователей в расхитителей жизни.

До этого было знакомство с поэзией Жуковского. Русалочка произвела впечатление.

По хорошему, надо бы еще Шекспира всего было вычитать, кельтскую мифологию, викторианских поэтов. Легенду о Роланде. Сказки братьев Гримм. Неплохо Байрона и его денди-последователей. И французских поэтов, тех, что писали после Наполеона. Бабуля, глаголящая в Легенде смерти, между прочим, делит французскую жизнь на две части - наполеоновскую и посленаполеоновскую. Бабуля зрит в корень!

К чему я тут умничаю - спросите вы? Ну, в «Обладать» сплошные аллегории со всем этим. И еще, наверное, с приличным списком, но я просто не унюхала остальные следы, может и не знаю кто там еще играет лучами, посылает сигналы, но в сферу моего полиморфизма не проникает.

Но даже если не читать все это внеклассное чтение, можно эту вещицу прочитать и одним махом заиметь представление обо всем вышеперечисленном. Но и это еще не все. Далеко не все! Милым, деликатным, чувственным слогом автор расслабит читателя до состояния левитации и по открывшимся, незащищенным чакрам заставит задуматься о серьезнейших вещах.

О таких вещах теологи размышляют в тяжелых пыльных книжках. Язычество, христианство, материализм, спиритизм. Во что верить? Может в то, что влечет и не дает возможность дать отчет самому себе? Даже если это собирательство и фетишизм. Почему нет, если именно это владеет душой, а евангелия ничто иное как вариации на тему одной биографии?

Или до драки спорят литературоведы. Этично или оправдано вскрывать тайны гениев? О том, что неэтично - заявлять скучно и старомодно. Они хотели сохранить свои тайны в секрете? Ну, это просто оскорбительно! Исследователи в своем праве, ведь они любят предметы своих исследований. И все тут. Ведь гений писал, находясь в уединении. Читатель тоже читал в уединении. Они были наедине! Какие же теперь претензии? Гений нарушил дистанцию первым, пусть не ропчет с того света. Кому он писал? Девушкам? Или ему нужны были девушки для того что бы писать? Это все неважно, читатель считает, что для него, только для него. И все. «Ах, мыслей вы моих предмет». И предмет изучения оказывается в страдательном залоге.

Или представители меньшинств (меньшинств ли?) ходят на демонстрации, объявляют голодовки. Кто там кого притесняет и кто кому враг? Мужчина женщине или наоборот? Равны ли они? У меня сложилось впечатление после прочтения, что женщина женщине если не враг, то самый главный раздражитель. А навязываемая новым временем половая свобода это зло.

Или вопрос восприятия действительности. Поколения жившие до нас накапливали воззрения. Чем дольше прошлое и память, тем больше накопленного и вот мы смотрим через более глубокий пласт на вещи. Или, напротив, только через сегодняшние «модные» линзы. Роман очень английский. Это значит, что любое попавшееся в повествовании описание прибрежного валуна имеет многовековую историю, тщательно и любовно описанную не одним гением. Может быть, все дело в том, что английский остров не велик и каждый уголок изучен и узнаваем. Что многие герои знают свою родословную если не от норманского завоевания, то до десятого поколения, точно. История, лелеяние прошлого, сословность. На мой взгляд, это основные линзы, через которые стоит понимать «Обладать». Почему «Обладать»?

Может быть, про обладание тайнами прошлого? Или тайнами других людей? Может быть, про физическое обладание тем, кого жаждешь духовно? Обладать значит любить? Есть тут и такая тема. Но вывод неоднозначный. Может про обладание самим собой, мол знаю все о себе и обладаю жизнью?…

А можно, вообще, обо всем этом не думать и просто прочесть классический любовный роман. Готический, фэнтези, роман-расследование, о служебных взаимоотношениях и затрудняюсь определить какой еще. Может быть, даже женский.

Уважаемой г-же Антонии Байетт,

Пришла весна, и хотя в наших краях она нынче отличается обильными снегопадами и сильным ветром, на душе у меня необычайно светло. Ибо читательская судьба преподнесла мне неожиданный дар – Ваш роман – как редкую драгоценность, как диковину из сказочных земель!

Какой восторг, какую радость подарила мне Ваша книга! Одна за другой распахивались передо мной многочисленные внутренние покои этой сокровищницы, входя в которые, я неминуемо попадал в очередной водоворот образов, мыслей, чувств. Простите великодушно эти неуклюжие метафоры, слова даются мне с трудом; да и вообще, какой интерес Вам может быть в моих излияниях? Художнику Вашей величины, несомненно, и без того ведома ценность своего творения. Однако льщу себе надеждой, что Вам все-таки не было бы неприятно узнать, что и в нашей далекой стране у Вашего таланта есть пылкие поклонники.

В книге Вы вызываете к жизни (словно воскрешаете умершего или поднимаете со дна морского затонувший город) эпоху, от нас отделенную многими десятилетиями. Ваши герои, хоть и вымышленные персонажи, хоть и принадлежат миру давно ушедшему – славному времени королевы Виктории – тем не менее, кажутся живее многих моих современников – да, так. Сколько жизненной силы, воли, страсти удалось Вам вложить в их письма, в их стихи! Поначалу я досадовал - на себя, - из-за незнания творчества великих певцов прошлого: Кольриджа, Водсворта, Эмили Дикинсон, к которому и Вы, и Ваши герои не раз обращались. Потом лишь понял, какие волнительные передо мной встают перспективы - знакомство с этими поэтами мне еще только предстоит, и заслуга Ваша в этом будет отнюдь не последняя.

Роман Ваш поднимает множество вопросов важности самой первостепенной, и вдумчивый читатель здесь найдет, чем поживиться. Меня же прежде прочих смыслов привлекла мысль об истоках (источниках?) поэтического вдохновения, корни которого, причудливо сплетаясь, уходят в глубь и темноту вековой человеческой души, выражающей себя в скрытых сексуальных импульсах и загадках подсознания, каковые затем переплавляются в мифы, эпосы, сказания и иные коллективные формы. Я много размышлял над этим и осторожно пришел к выводу, что любой великий поэт - это медиум, посредник, связующая нить между нашим обыденным миром и обиталищем неосознанных символов, указывающих путь к Источнику всего и вся, возможно, - к Всевышнему. Так ли это? Верно ли я понял?

Однако не хочу поддаваться соблазну и, вооружившись современными методами анализа философского и литературоведческого, подвергнуть Ваш замечательный роман скрупулезному разбору. Я на то не способен, да и не испытаю к этому ни малейшей склонности. "Пусть разум дремлет" - говорит Ваша героиня, и я согласен с нею вполне. Помнится, еще одна идея, что меня привлекла, заключалась в том, что творцы той эпохи жили страстями и воображением самого неподдельного рода и тем от нас отличались - уж не в выгодную ли сторону? Истинно так, и кто есть мы, со всеми нашими теориями, классификациями и списками, как не карлики, стоящие на плечах у гигантов? Им мы обязаны тем, что далеко можем видеть, но, сами понимаете, увы...

Впрочем, достаточно. Ваша книга растревожила меня не на шутку, больше, чем я способен выразить. Не судите строго мою попытку передать в этом письме свою признательность, равно как невольное и неумелое подражание в стиле - я пишу сейчас, как чувствую, как повлияло на меня Ваше творение. Разве виновато облако в том, что ветер меняет его форму? Во мне у Вашего романа романа появился самый преданный читатель; я к нему вернусь еще не раз и, может быть, как-нибудь наберусь смелости и напишу менее бессвязный и более продуманный отзыв. Ну а сейчас примите от меня искреннюю читательскую благодарность и вечную признательность! Это все, что у меня есть сейчас, но и это, поверьте, - не мало.

Ваш благодарный читатель и восхищенный почитатель, ...