
Мухи или ростки?
Между "Повелителем мух" Уильяма Голдинга и "Вырывай ростки, истребляй детёнышей" Оэ Кэндзабуро всего четыре года разницы – 1954 и 1958-й. Но столько общего, что первая мысль, приходящая в голову: таких совпадений не бывает. И начинаем издалека, с бэкграунда: для каждого из авторов это был дебют, оба получили впоследствии Нобелевскую премию по литературе.
Но основные совпадения внутри – от формы до отдельных моментов. И там, и там дети, оставшиеся без взрослых, пытаются создать своё общество, выбирают лидера, выстраивают отношения ради выживания. В обоих случаях катализатором их горестей является война. В каждом из романов эти попытки так или иначе терпят крах, но с различными последствиями. Оба по жанру – социально-психологические драмы с элементами антиутопии, поднимающие массу схожих проблем: от вопросов морали и выживания до отношений в обществе, которые выражаются в безразличии, эгоизме и других "спецэффектах".
Но есть и различия. Во-первых, у классика японской литературы (и главного критика творчества Харуки Мураками – просто штришок) социальные и психологические моменты дополнены историческим контекстом (болезненное и трагическое поражение в Войне на Тихом океане).
Во-вторых, поляризация в тексте Оэ проявляется на нескольких уровнях: не только дети противопоставляются взрослым, но и город – захудалым горным деревенькам, а власть – беспризорникам, отправленным на перевоспитание. Более того, автор вводит в текст и корейского подростка. Корейская тема – до сих острая и крайне неприятная для Японии, даже спустя 80 лет после событий.
В-третьих, несмотря на схожую с "Повелителем мух" минорность, роман "Вырывай ростки, истребляй детёнышей" гораздо более мрачный, не оставляющий никакой надежды. В пику происходящему у Голдинга, где наступает относительный хэппи-энд, у Оэ, японского Достоевского, чьё творчество отличается реалистичностью и брутальным драматизмом, такого шанса нет.
В конечном счёте вдохновлялся ли японец творчеством коллеги-британца, доподлинно неизвестно, а он сам указывал в качестве источника других авторов, в частности Марка Твена и Франсуа Рабле. Но сегодня это и не важно. Дебют, написанный в 23 года (Голдинг издал роман в 43), – не аванс, а будто бы произведение уже состоявшего автора.



