Морской ястреб. Скарамуш

- Ну, что вы думаете о спектакле? - спросил он Андре-Луи, когда они возвращались в гостиницу после представления.

• Я допускаю возможность, что он мог быть хуже, но исключаю такую вероятность, - ответил тот.

Философия научила его считать женщин самой безумной частью безумного вида.

...под претенциозностью всегда скрываются слабость и никчёмность...

— Если деяние недостойно... то сколь высокое положение ни занимало бы отвечающее за него лицо, оно не становится от этого более достойным. Скорее, наоборот.

Голова бедняги была полна вздором, вычитанным у энциклопедистов. Вот к чему приводит неумеренное чтение. Я никогда не видел в книгах ничего хорошего, Андре, и покуда не слыхал, чтобы ученость приводила к чему-нибудь, кроме беды. Она выбивает человека из колеи, запутывает его взгляды, лишает его простоты, необходимой для счастья и душевного равновесия.

Обратить неудачу в удачу, убыток — в прибыль! Вот что значит быть гением!

Вы намеренно закрываете глаза на справедливость, ибо иначе вам пришлось бы отказаться от противоестественных честолюбивых устремлений.

— Но вы же действительно берёте всё, чего пожелаете, не так ли? — Она взглянула на него восхищённо и застенчиво.
— Да, когда удаётся.

Я был актёром задолго до того, как стал Скарамушем. Поэтому я и смеялся — я часто смеюсь, когда мне больно.

— Вы — первый, кто обвиняет меня в жестокости.

— Не смею предположить, что я — первый, к кому вы жестоки, ибо такое предположение было бы слишком лестно для меня. Лучше будем считать, что другие страдали молча.