Сказки о силе

Я очень устал. Я ощущал странный прилив счастливой печали. Я сказал ему, что прибыл из такого места, где люди редко, если вообще когда-либо желают друг другу хорошего.

– Ты в ужасной форме, – сказал дон Хуан, смеясь. – ты тянешься к своему блокноту, как пьяница тянется к бутылке.
– Как любящая мать тянется к своему дитяти, – бросил дон Хенаро.
– Как священник хватается за свое распятие, – добавил дон Хуан.
– Как женщина хватается за свои трусы, – закричал дон Хенаро.
Они продолжали и продолжали, приводя сравнения и завывая от смеха, пока провожали меня к машине.

– Будущего нет, – воскликнул он отрывисто. – будущее – это только способ разговаривать. Для мага есть только здесь и сейчас.

Затем еще что-то привлекло мое внимание. Солнце в самом зените желтого неба прямо над моей головой. Слабое солнце, судя по тому факту, что я мог смотреть прямо на него, которое отбрасывало спокойный однообразный беловатый свет.

Дон Хуан серьезным тоном сделал странное замечание. Он сказал:
– Нет сомнения, что он может писать пальцем, но сможет ли он прочесть это?
Дон Хенаро согнулся от смеха и добавил:
– Я уверен, что он может прочесть все, что угодно.

– Нагваль – это та часть нас, для которой нет никакого описания. Нет слов, нет названий, нет чувств, нет знания.

– Мы – воспринимающие существа, – продолжал он. – Однако воспринимаемый нами мир является иллюзией. Он создан описанием, которое нам сообщали с момента нашего рождения.

Мир не отдается нам прямо. Между нами и ним находится описание мира.

- В этом есть слабая сторона слов, - сказал он ободряюще. - Они заставляют нас чувствовать себя осведомленными, но, когда мы оборачиваемся, чтобы взглянуть на мир, они всегда предают нас и мы опять смотрим на мир как обычно, без всякого просветления. Поэтому маг предпочитает действовать, а не говорить. В результате, он получает новое описание мира, в котором разговоры не столь важны, а новые поступки имеют новые отражения.

Воин начинает с уверенности, что его дух неуравновешен, а затем, с полным осознанием, но без спешки и медлительности, он делает все лучшее для достижения этого равновесия.

Не имеет никакого значения, нравится тебе это или нет. Значение имеет то, что ты можешь использовать как щит. Воин должен использовать все доступные ему средства, чтобы прикрыть свой смертельный просвет, когда он открывается. Поэтому неважно, что тебе на самом деле не нравится быть подозрительным или задавать вопросы. Сейчас это - единственный твой щит.

Ты должен культивировать чувство, что воин ни в чём не нуждается. У тебя есть всё необходимое для этого экстравагантного путешествия, которым является твоя жизнь. Я пытался научить тебя тому, что реальным опытом должен быть сам человек, и всё, что для этого нужно, - быть живым. Жизнь - это маленькая прогулка, которую мы предпринимаем сейчас, жизнь сама по себе достаточна, сама себя объясняет и дополняет.

- Просто верить - легко и спокойно.Должен верить - нечто совершенно иное.

- В этом слабая сторона слов, - сказал он подбадривающе. – Они всегда заставляют нас чувствовать себя просвещенными, но когда мы оборачиваемся чтобы посмотреть на мир, то они всегда предают нас, и мы кончаем тем, что смотрим на мир так же, как всегда это делали, без всякого просветления.

Внутреннее благополучие – это состояние, которое нужно взлелеять и тщательно за ним ухаживать.

Чтобы его искать необходимо сначала его понять

Когда ты сделал неправильный выбор, твоё тело знает это точно, как и тело каждого другого. Но если ты сделал правильный выбор, то тело это знает и расслабляется, вообще забывая о том, что здесь имел место выбор.

Безупречность – это делать лучшее, что можешь, во всем, во что ты вовлечен.

После невероятной борьбы ты научился чувствовать жалость к самому себе. Но точно так же ты можешь научиться чувствовать свой неизбежный конец, и теперь уже иметь на кончиках пальцев идею своей смерти. Как советчик жалость к себе ничто по сравнению со смертью.

Жизнь - это маленькая прогулка,которую мы предпринимаем сейчас,жизнь сама по себе достаточна, сама себя объясняет и заполняет