— Раскалывайся! Пора. Без стеснений. Видел, сколько кукол стояло в подвале? И каждая — подчеркиваю, каждая! — нашла себе покровителя.

Как мгновенно все меняется, как легко дышится, когда ты не зависишь от расположения духа другого.

... лучше всего снимает усталость сон до полуночи.

... уход привязанности — вовсе не катастрофа, с кем не случалось, жизнь продолжается ...

Сток не удивлялся меркантильности ближнего — время бессребреников ушло.

— Удобная штуковина. Молчит, не просит есть, не нужно покупать шубы и возить на острова. Мечта.

... но разве не дико, что дети ненавидят родителей, вокруг полно несправедливости и человек смертен?

... обделенные достойны сострадания, кому мешают чужие иллюзии?

Близкие должны поддерживать друг друга.

... разве нам важно, чтобы отвечали? Важно, чтобы слушали.

Хозяин плел о пожилых людях, об инвалидах, о всяких-разных чудаках, мало ли у кого возникают проблемы с женщинами, и тогда… тогда на помощь приходит Паллис и его товар.

... дни походили на белые страницы книги без текста, похожие одна на другую пустотой.

Патрик пытался утешить, не хуже Стока понимая: попытки смягчить утрату никчемны, каждый съедает свою порцию дерьма в одиночку.

... заповеди отца нарочито просты и оттого вечны: «Не ищи смысла жизни!»,
«Окружающие не обязаны любить тебя», «Время еще никто не обманул»…

... помнил еще из детства советы отца: «Не лезь в потемки чужой жизни».

Друзья повзрослели, время сжевывается теперь раз в десять быстрее, чем всего лишь пяток лет назад ...

Подозрительность — не добродетель.

Когда у человека возникают пусть предварительные наметки на личную жизнь, на черта ему ужины с друзьями? Я все это проходил… и кто не проходил?..

В конце концов, излюбленный треп мужиков про победы и подробности побед, конечно, мерзко, но только единицы лишали себя такого удовольствия…

Сток давно заметил, как стремительно женщины преодолевают путь от нежности к злобе.