Мантикора

Вы там, в Новом Свете… как это говорят?.. помешаны на идее счастья, будто счастье – это что-то постоянное, измеримое, улаживающее любые проблемы и всеоправдывающее. Если его как-то и можно определить, то разве что как побочный продукт других составляющих жизни. Ведь многие, кому отнюдь не позавидуешь, тем не менее счастливы.

... кто сказал, что очарование - это основа для брака? Оно присутствует, возможно, вначале, но если вы хотите, чтобы голод не приходил в ваш дом в течении шестидесяти лет, на стол нужно ставить блюда посытнее.

...Каролине было двенадцать — она находилась в том странном возрасте между детством и половозрелостью, когда некоторые девочки знают, можно подумать, все (хотя, казалось бы, с чего?), а мыслить так же ясно они будут, пожалуй, лишь после менопаузы.

Дети не живут своей жизнью, напротив, их жизнь живет ими.

Я хотел, чтобы меня расплавили, очистили от шлаков и отлили в новой, лучшей, форме.

Как юрист, я сказал бы, что существует срок давности не только по правонарушениям, но и по личным, духовным обидам, и ни один суд в мире не вынесет вердикта на основании того, что было да быльем поросло.

Житье в маленьком городке одинокое, и стараешься ничем особенным не выделяться, но остальные знают, что за тобой, как говорится, стоят большие деньги. Никого, конечно, не заботит, где это "за тобой" - далеко или близко - и насколько твои притязания основательны.

Способности идут рука об руку со знанием, убедительность зависит от воображения. Но когда я говорю о воображении, я имею в виду умение видеть предмет всесторонне и взвешивать все возможности.

Она владела тайной, а тайна - непременный спутник власти.

Если ты не совсем невезучий, то, по-моему, любое место, где ребенком проводишь лето, навсегда остается Аркадией.

Каждая страна имеет таких иностранцев, каких заслуживает.

Одно из величайших заблуждений нашего времени — это вера в то, что Судьба всех уравнивает, что нить ее демократична и всюду одинаково прочна.

Хороший адвокат — это альтер эго клиента. Его задача — говорить то, что сказал бы сам клиент, если бы обладал нужными знаниями и мог выступить достаточно убедительно.

— Лизл, я не герой.
— Ах, как скромно и жалобно это звучит! И вы хотите, чтобы я думала: вот ведь как мужественно принимает он свою ограниченность. Но я так не думаю. Вся эта личная скромность — аспект современной капитулянтской личности. Вы не знаете, герой вы или нет, и чертовски решительно настроены никогда не выяснять этого, потому что если вы герой, то вас страшит это бремя, а если нет — страшит определенность.

Мы все создаем свое внешнее "я", для предъявления миру, и некоторые постепенно привыкают к мысли, что они такие и есть. И вот мир населяется докторами, которые за стенами своего кабинета - пустое место, и судьями, которые - ничто вне зала суда, и бизнесменами, которые вянут от скуки, когда им приходится отойти от дел, и учителями, которые всю свою жизнь только учат. Вот почему они так жалко выглядят, если застать их без маски.

Будь моя воля, я бы собрал все экземпляры этого третьесортного рифмованного евангелия гедонизма [рубаи Хайяма] и сжег. Как оно трогает сердца скверных людишек!

Над первой любовью принято посмеиваться, и у людей нелепых она в самом деле нелепа. Но я видел, как жарко пылает огонь любви в людях страстных и какой самозабвенной бывает любовь у тех, кто склонен к идеализму. Она не требует воздаяния, она может быть силой там, где надежд явно никаких.

"И думаю, с моей стороны это было немного по-детски, но меня раздражало, с каким юношеским пылом он себя вел, – словно молодой человек, который приводит в дом свою девушку на суд семьи. Ведь ему в конечном счете было уже шестьдесят. А она – скромна, мила, почтительна, словно семнадцатилетняя девушка, хотя на самом деле ей было увесистых сорок два."