The Diving Bell and the Butterfly

Именно такие мысли у меня возникли после прочтения книги. Аннотация звучала прекрасно, как можно было бы всего интересного рассказать людям, которые и представить себе не могут, как человек может находиться в данной ситуации. Конечно, я даже представить не могу как тяжело эту книгу было "написать", и простит меня автор, но ...
Я ожидал: Мемуары человека запертого в себе, описание внутренних переживаний, мысли о будущем, даже пусть бытовые подробности.
Что я получил: Ожидания оправдались процентов на 10%. Книга очень метафорическая, какая-то сплошная фантасмагория вместо описания того, чего я ожидал, автор описывает свои сновидения, "витания в облаках". Жан-Доминик Боби толком не знакомит нас со своей семьей, не рассказывает об их переживаниях, ничего не говорит о своих. Книга рваная, совершенно не понятна последовательность событий, ее просто нет.
И даже в конце книги редакторы не удосужились написать от чего он умер. От какого осложнения.
Во время чтения я все думал, когда уже книга закончится. И по итогу, никаких эмоций она у меня, к сожалению, не вызвала.
Если вы ищите что-то, что похоже на мои ожидания, то я могу порекомендовать вам: «Когда дыхание растворяется в воздухе. Иногда судьбе все равно, что ты врач» Пол Каланити
В ней достаточно и переживаний, и описаний, и жена Пола закончила книгу, описывая его последние минуты. Вот она у меня вышибла слезу.

[Место для описания впечатлений о просмотре экранизации]

Этой книге я не смогла поставить никакую другую оценку, кроме наивысшей. Автор свою книгу не писал, ибо физически не мог этого делать - он ее... наморгал

После перенесенного инсульта Жан-Доминик не в состоянии двигаться - его привычное, легкое, такое удобное тело отказало ему, он пребывает как будто в скафандре. И лишь один глаз может моргать. Один раз - "да", два раза - "нет"

Нет, мне не жалко его, жалость унижает человека, я восхищаюсь его мужеством, упорством, желанием получать даже малое от жизни и наслаждаться этим: созерцать картины, бегающих детей, морской прибой, слушать книги, погружаться в смелые мечты и отчаянные путешествия по собственным воспоминаниям

И работа, конечно, ее никто не отменял: каждый день учиться глотать, каждый день учиться разговаривать, каждый день писать свое послание миру - диктовать книгу с помощью специального алфавита и единственного непарализованного глаза. 
Преклоняюсь

P.S. Вы все еще думаете, что ваша жизнь не удалась? Серьезно?

P.S.S. Обязательно посмотрите замечательную экранизацию с Матьё Амальриком в главной роли - операторская работа выше всяких похвал

Автор вызывает уважение своим отношением к жизни, которую многие назвали бы максимум существованием, и упорством, с которым он побуквенно доносил текст до тех, кто готов был этот текст записать.
Сюжетно книга бедна - тут именно небольшие зарисовки и немного воспоминаний. Автора и героя этой книги не бросили близкие и друзья, что немаловажно в такой ситуации. Он не жалуется (разве что чуть-чуть, и добродушно) и находит повод порадоваться жизни даже так - когда единственная часть тела, которая может шевелиться - это веки одного глаза, его единственное средство коммуникации.
Но, боюсь, кроме уважения к силе воли автора, больше эта книга ничем не запомнилась. Впрочем, наверное, это и не нужно. Основная мысль осталась.

Во время чтения этой книги сконцентрироваться было сложно. Сложно было отогнать мысли о том, что если бы Жан-Доминик не был редактором журнала, то не было бы и этой книги. И, получается, что главным и важнейшим фактором ее появления является случай. Случайность не только та, которая отправила автора на койку до конца его жизни, но и та, что эта случайность произошла с тем, кто мог бы не только об этом рассказать, но и имел для этого возможности.

Выходит, что талант без возможности обречен томиться в безвестности и исчезнуть в глубине веков. Грустно от этого.

В художественном плане книга не представляет собой что-то выдающееся. Основным фактором, влияющим на ее восприятие, является именно состояние человека, который ее писал. И таким образом, опять же, мы можем наблюдать, что миру важен не сам объект, а то, что с ним связано. И именно тут, почему-то, хочется вспомнить "шедевральный" Черный квадрат, который без должного представления, а это именно то, что "связано с", а не "суть сама в себе", представляет собой просто черный квадрат, а не Черный квадрат (!). Чувствуете разницу? Вот то-то и оно.

И под этим углом книга, безусловно, интересна и полезна, так как она способна погрузить читателя совсем в другое состояние, дать ему возможность на контрасте понять что-то в его собственном состоянии и в его собственной жизни.

Книга тяжело осмысливается, потому что авторский слог или его перевод не ложились гармонично в ум автора рецензии, но это, наверное, надо рассматривать как субъективный аспект. Многие предложения пришлось перечитывать по несколько раз, но и тогда их смысл оставался неразгаданным.

Видно, что автор "Скафандра и бабочки" - человек внимательный к деталям, эрудированный и в силу своего жизненного статуса с богатым опытом. Это находит отражение на страницах книги.

Дочитав до конца, возникает такое странное чувство: вроде бы ничего в этой книге такого и нет, но хочется перечитать, спустя какое-то время.

Теперь Жан-Доминик мог путешествовать только в своем воображении, вспоминая прошлую жизнь…

Автобиографическая книга, ставшая бестселлером в 30 странах. 

Тяжелый инсульт превращает здорового мужчину в полного паралитика. Он сравнивает свое тело со скафандром, с заточением всей его жизни. 

Короткая история, написанная им в период болезни. Благодаря успехам в логопедии, он смог надиктовать свои воспоминания, ставшие этой книгой. 

Никогда не знаешь, что случится с тобой завтра. Будешь ли ты достаточно сильным чтобы принять это? Останутся только воспоминания и сожаления. 

«Придя в себя, я обнаружил, что кроме левого глаза у меня не парализованы еще две вещи: моя память и мое воображение».

Книги, написанные больными людьми, нельзя оценивать как книги обычных людей, здесь на первый план выходит другая составляющая. Так что в рецензии я просто буду писать о разных мыслях, которые посетили меня в процессе чтения книги.
Попасть в такой кокон, оказаться парализованным, само по себе ужасно. Тем более, что разум при этом остался неповреждённым. И ты сознаешь, что все, каждая мелочь, о которой ты и не задумывался вчера, сегодня тебе неподвластна, ты полностью зависим от других людей.
Постепенно ты осознаешь и свыкаешься со своим положением, но ты все ещё должен продолжать перестройку сознания. Вчера в глазах людей ты был успешным редактором журнала. В глубине души ты продолжаешь им оставаться, но теперь, для незнакомых, ты выглядишь как инвалид, от которого хочется побыстрее отвести глаза из жалости и сознания собственного бессилия. У тебя осталась только одна возможность общения с окружающими, но и здесь ты всецело зависишь от их терпения. Кстати, всплывает и финансовый фактор. Сомневаюсь, что все эти его процедуры покрывались страховкой.
Какие же мысли посещали его в этом положении, когда ему только и оставалось, что мечтать? Сожаление об утраченных возможностях: непосещенные места, женщины, с которыми не случился роман, дети, которым не удалось уделить достаточно времени, еда, которую он не может есть, отец, с которым теперь ему уже не встретиться. Теперь много времени подумать о прошедшем.
Собственно, об этом вся книга. Он не учёный, поэтому в ней бесполезно искать усиленную работу мысли, наметки открытий или что-то аналогичное Хокинсу. Он просто человек, попавший в такую ужасную ситуацию.