Цитаты из книги Балаган

Мы не имели ни малейшего представления о том, как важно быть красивым, и поэтому, честно говоря, никак не могли взять в толк, про что идет речь в "Гадком утенке" - я читал Элизе эту сказку в мавзолее профессора Илайхью Рузвельта Свейна. Это сказка про птенца, которого вырастили утки, и, на их взгляд, это был самый неприглядный утенок, которого им приходилось видеть. Ну а потом, когда он вырос, то оказался лебедем. Я помню, как Элиза заметила, что сказка была бы куда интереснее, если бы птенец выбрался на берег и превратился в носорога.

«Вы даже представить не можете, насколько реформа облегчит вашу жизнь. Допустим, к вам подошел нищий и просит денег», — говорил я.

«Не понимаю, к чему вы клоните», — сказал мистер Грассо.

«Сейчас поймете. Вы спрашиваете у нищего, как его зовут. Он отвечает, предположим, что его зовут Устрица-19 или Гаичка-1, или что-то в том же роде. А вы ему вежливо в ответ: „Милок, я — Уран-3. У тебя есть 190 тысяч дальних и десять тысяч близких родственников. Ты в этом мире не одинок. А у меня есть свои родственники, заботиться о которых мой святой долг. Так что не обессудь, милок, катись-ка ты подальше к едрене-фе-не-е-е!“

— Фашисты — это ничтожества, которые верят, когда их кто-то уверяет, что они — высшая раса, — сказала она.

— Ты такой уродина, что я в жизни не видала более сексапильного мужчину.

Нет, надо все же постараться не писать то и дело: «Хэй-хо». Хэй-хо.

Торжественно клянусь: если я доживу до конца этой автобиографии, я ее перечитаю еще раз и вычеркну все «хэй-хо». Хэй-хо.

Я так выспрашивал Короля про его дедушку, доктора Мотта, что он наконец рассердился. — Бог ты мой, — сказал он, — где вы видели американца, который знает что-нибудь о своих предках?

Мы вовсе не сгорали от нетерпения, не спешили проявлять свой ум на людях. Мы не считали, что ум вообще на что-то годится, что это может кому-то понравиться. Мы думали, что это просто еще один признак нашего уродства, печать вырождения, как лишние соски или пальцы на руках и на ногах. Вполне возможно, что мы думали правильно.

Интеллектуальная гора родила философскую мышь - скорее, мышонка-недоноска. Вот как Фэрн излагал свою философию в самых простых, житейских понятиях:

• Подходите вы к человеку и спрашиваете: "Как делишки, Джо?" А он отвечает: "Прекрасно, прекрасно - лучше некуда". А вы глядите ему в глаза и смекаете, что хуже некуда. Если докопаться до самой сути, то все живут черт знает как, все до одного,

Писцы все аккуратно записывали — на их глазах творилась история. Король повернул книжку корешком ко мне, чтобы я мог прочесть название. — Фукидид, — сказал он. — Ммм, — сказал я. — Читаю только исторические труды, — сказал он. — Весьма разумно, как и подобает лицу вашего ранга, Ваше Величество, — ответил я. — Те, кто пренебрег уроками истории, обречены на то, чтобы ее повторять, — сказал он. «Скрибы» застрочили еще быстрее. — Да, — сказал я. — Если потомки не изучат получше наши времена, им снова придется пережить истощение природных ресурсов планеты, мор и смерть миллионов от гриппа и Зеленой Смерти, они снова увидят, как небо пожелтеет от аэрозолей для уничтожения запаха пота под мышками, они снова выберут в Президенты старика-маразматика двух метров ростом и снова убедятся, что в интеллектуальном и духовном отношении в подметки не годятся мелким-премелким китайцам. Он не стал смеяться вместе со мной. Я обратился прямо к «скрибам», через голову Короля. — История — это просто список сюрпризов, — сказал я. — Она может научить нас только одному: готовиться к очередному сюрпризу. Пожалуйста, запишите.