Призрак

Взгляните на списки бестселлеров в художественных и публицистических жанрах: возможно вы удивитесь, но большая их часть является работой «призраков». Мы фантомы-мастеровые, невидимые гномы, поддерживающие процесс публикации новых книг. Мы торопливо бегаем по подземным тоннелям славы, возникаем тут и там в одеждах того или иного персонажа и сплетаем без швов иллюзию магического королевства.

Я старался сдерживать возбуждение в голосе. Если Рут говорила правду, то ее откровения были лучшей находкой дня. Ничто так хорошо не содействует продаже мемуаров, как солидная доза страданий. Детские сексуальные насилия, тяжелая бедность, квадриплегия:[33] в опытных руках все это превращалось в звонкую монету. В книжных магазинах можно было бы создать отдельную секцию с названием Schadenfreude[34].
33 - Частичный паралич четырех конечностей.
34 - Удовольствие от страданий другого лица (нем.)

Такси, словно плохие друзья, всегда исчезают при первых признаках беды.

Профессия писателя-«призрака» требует реального мастерства. Я не только вытягиваю из людей истории, но и наделяю их жизни смыслом, который часто оставался незаметным. Разве это не искусство? Иногда я рисую им жизни, о которых они и сами не подозревали.

Вашим любимым звуком может быть трель соловья в летний погожий вечер илиудары колокола на деревенской церкви. Моим же является звон кубиков льда в стеклянном бокале.

- Он очаровал вас, не так ли? Очарование! Английская болезнь.

Власть не утомляет! Нас изнашивает отсутствие власти!

- Мы знаем, что книгу покупают не ради имени большого человека. Фактически на одном имени денег не сделаешь. Книги, фильмы или песни покупают лишь тогда, когда в них имеется сердце. Душа!
Кажется, при этих словах я похлопал себя по груди.

• Вот почему политические мемуары являются черной дырой в книжном бизнесе. Имя на афише может быть громким, но все знают, что оказавшись в зале, они увидят старое скучное шоу. И кому захочется платить за это?

All good books are different but all bad books are exactly the same - they don't feel true

Новая Англия напоминала мне Старую, но только выросшую на стероидах: дороги здесь были шире, леса протяженнее, пространства более открытые.