Две повести о любви

Совершенно неожиданно повести оказались православной прозой. Я не религиозна, не крещеная. Однако и убежденной атеисткой себя назвать не могу. Книга мне понравилась - умиротворяющая, написанная великолепным богатым языком. Много стихов, написанных героиней книги, Ариной. Ее любимые поэты Пушкин и Ахматова. Ее собственные стихи напомнили мне поэзию Ахматовой, которую я тоже люблю. Вторая основная тема (первая - религия) - любовь. Она здесь не такая, как в обычных книгах о любви. Она более возвышенная, обдуманная, если так можно выразиться. Героиня не брсается сразу на шею любимому, сдерживает себя и убеждает себя и его, что мимолетный роман ей не нужен. Их любовь развивается размеренно, постепенно и становится крепким красивым чувством. Я не читала, а слушала книгу, и мне очень понравилось исполнение: приятный женский голос, манера исполнения, музыка. Я слушала книгу, гуляя с коляской, и аудиокнига оказалась очень уместной в эти тихие, солнечные осенние дни. Слушая эту книгу, я размышляла о вере, и пришла к выводу, что я все-таки слишком скептична для веры. Просто не могу слепо и безоговорочно поверить в Бога и воспринимать все как волю божью, не могу быть покорной судьбе, какой бы она ни была.

Книгу мне посоветовал отец. Сказал, что в ней есть о чем подумать. Попутно предупредил, что она написана монахиней. Признаться, последнее обстоятельство меня сильно озадачило. Я испугалась, что книга скучная, нравоучительного содержания. И ошиблась. Главная героиня, вопреки моему предубеждению, веселая, остроумная, жизнерадостная женщина. Со своим возлюбленным она ведет интересные интеллектуальные разговоры. Герои шутят, подкалывают друг друга, рассуждают о поэзии, пьют мартини. Сам текст тоже написан гладко. Героиня пишет неплохие стихи, и в повести они представлены. И вроде бы все хорошо, и вроде бы и мысль повести понятна – если людям предназначено быть вместе, то в итоге они будут вместе. Но… Если бы я не знала, что книга одобрена Русской православной церковью, то подумала бы, что рассуждения главной героини о вере – ее способ оправдать свою неспособность принимать решения. Она просто движется по течению, уповая на то, что если ей что-то предначертано, оно само к ней придет. Она мучает себя, мучает своего возлюбленного. И даже испытание, которое она принимает в конце повести, на мой взгляд, это результат ее полного бездействия в течение длительного времени. Даже тут она позволяет обстоятельствам и другим людям решать за себя, полагая, что это воля Бога. Но разве смертным дано знать, в чем заключается воля Бога? Очень странные рассуждения героини о любви. Она препарирует любовь, анализирует ее с точки зрения угодности Богу. Получается, что она любит рассудком, а не сердцем. Да и жизненности в повести мало. Разве будет взрослый состоявшийся привлекательный и явно востребованный на брачном рынке мужчина ждать длительное время, когда его дама определиться, можно подержать ее за ручку или нет? Короче, прав был мой отец. Есть о чем подумать, есть…

Книга написана верующей женщиной, ныне инокиней крупного, красивого монастыря в Минске, монастыря с традициями. И так хорошо я представляю Ирину Денисову в этом монастыре! Человек интересной душевной организации, о чем сужу по книге. Она хорошо рассказывает о семье героини: из диалогов детей открывается мир этой семьи. - Не чавкай, Ворошилов! - Между прочим, когда чавкаешь, ты не только чувствуешь вкус - ты его слышишь! И Федор удалился, слушая вкус сырка. Вот такое семейство церковного регента. Затем ее супруг, который знакомится с детьми от первого брака и впервые разговаривает со старшей дочерью героини: "позволите Вам не позволить". Былинный стиль считался его коньком...

Остроумные, будто подслушанные, а не написанные для книги разговоры - будто главные герои не врач и регент - а филологи. И при том, что они (как бы) филологи, книга слегка неформатна - в ней "всего лишь" рассказы, объединенные одной темой - каких-то тем больше, каких-то меньше, так как и в любой хорошей семье что-то помнится, а что-то, увы, забывается... Но в книге есть главное: конечно, это любовь.

Наверное, книга автобиографична, но мне не хотелось знать до какой степени, потому что в любой художественной книге - некая тайна.