Цитаты из книги Площадь Павших борцов. Том I. Барбаросса

А что же было в то время у нас хорошего? Народ был хороший - лучше нас с вами. И любовь к великой Отчизне даже в те злодейские времена народ испытывал гораздо большую, нежели сейчас...

Может, и прав был Черчилль, который говорил о Советской России, что это даже не страна, а некий секрет, завернутый в загадку и укрытый непроницаемой тайной…

А, мать их всех! – ругались солдаты. – Начерчиллили планов – и никаких рузвельтатов .

Из истории нам известно, что Россия всегда к войне не готова, но каким-то странным образом она оказывается победительницей...

«Стояли насмерть и без этого приказа № 227. Но бывало и так, что боец поникал в одиночестве. И тогда страшен был его одинокий зов, обращенный в пустоту неба: – Эй, братцы! Есть ли кто тут живой?.. А в ответ ему – мертвое молчание. Только пиликал над ним свою песню степной жаворонок да звенели большие зеленые мухи, перелетавшие меж трупов, по лицам которых они и ползали. И тогда солдату казалось, что он последний солдат России…»

Выбрать шубу для женщины столь же важно, как для генерала получить дивизию или корпус.

Война с Россией – это такая война, когда всегда знаешь, как начать ее, но никогда не будешь знать, чем она закончится.

Кейтель кивал одобрительно, но Йодль выражал сомнения: – Война с Россией – это такая война, когда всегда знаешь, как начать ее, но никогда не будешь знать, чем она закончится. Любую войну с любой страной можно довести до победного конца. И только в войне с Россией нам не дано заранее увидеть ее финала…

... в СССР армию воспитывали на мысли, будто любое наступление - это "помощь страдающим братьям по классу", и стоит Красной Армии пересечь границу, как сразу во всём мире перед ней распахнут объятия "представители угнетённого пролетариата"... Может, и прав был Черчилль, который говорил о Советской России, что это даже не страна, а некий секрет, завёрнутый в загадку и укрытый непроницаемой тайной...

И видимо отсюда и вопрос: "А что же было в то время у нас хорошего?" - на страницы книги выплеснулось:
"Народ был хороший- лучше нас с вами. И любовь к великой Отчизне даже в те злодейские времена народ испытывал гораздо большую, нежели сейчас..."

А вы знаете, какой сегодня день? Никто не знает, никто не помнит. Отвыкли мы помнить то, что забывать нельзя. А кто мало помнит, тот мало и знает. В этом наша беда!

«По вечерам, отдыхая от маршей, они включали радиоприемники, и до них доносился усталый немецкий голос – голос из Москвы, ежедневно предупреждающий: «Каждые семь секунд в России погибает один немецкий солдат…»

«Мой фюрер, – отвечал Гальдер, – я согласен, что хороший ширпотреб так и останется недостижимой мечтой в русском народе, но танки! Они делают их быстрее нас.»

«Истина в пропаганде всегда терпит поражение, тогда как любая наглейшая ложь одерживает победы. Для лжи необходимо лишь правдоподобие, и тогда она уцелеет…»

Стыдно сказать, что в Академии Генштаба перед войной еще читались лекции об устройстве зимних саней, слушателей знакомили с конной упряжкой, следовало знать назубок убогий инвентарь обозного имущества. Генерал И. М. Голушко вспоминал, что слушатели академии, заполняя аудитории перед началом лекций, с некоторой ехидцей спрашивали один другого: – Какая у нас тема сегодня? Теория хомута и оглобли? Или станем подводить марксистскую базу под колесо у телеги?..

Паулюса тогда больше всего привлекало кафе «Комик», где в роли конферансье подвизался отважный Вернер Финк; он выходил к рампе, вскидывая руку в нацистском приветствии: – Хайль! – Но руки не опускал, объясняя: – Вот на какую высоту умела прыгать моя любимая собака… Кстати, сегодня я что-то не вижу средь публики этого парня с челкой, который не признает мясной пищи. Ах, опять я забыл, как его зовут… Может, кто из вас и подскажет мне его имя?