Граф Монте-Кристо

К чему осуждать то, перед чем даже божья воля бессильна? Бог властен преобразить будущее; в прошлом он ничего не может изменить. Мы можем если не отречься от прошлого, то хотя бы набросить на него покров.

Человек, – прошептал д’Авриньи, – самое эгоистичное из всех животных, самое себялюбивое из всех живых созданий! Он уверен, что только для него одного светит солнце, вертится земля и  косит смерть.

У человека два зрения: взор тела и взор души. Телесное зрение иногда забывает, но духовное помнит всегда.

Опечаленный капиталист подобен комете, он тоже всегда предвещает несчастье.

— Вот она, гордость и эгоизм! Люди всегда так – по самолюбию ближнего готовы бить топором, а когда их собственное самолюбие уколют иголкой, они вопят.

- Да, я знаю, - отвечал Франц, -человеческое правосудие - плохой утешитель; оно может пролить кровь за кровь, и только; не следует требовать от него большего, чем оно может дать.

Человек в горе должен бы прежде всего обращаться к Богу, но он делает это, только утратив все иные надежды.

Только на кладбище Пер-Лашез покойник из хорошего общества был у себя дома.

Господь милостив ко всем, он милостив и к тебе, он раньше всего отец, а затем уже судия.

"...Идеи не умирают, ваше величество, они порою дремлют, но они просыпаются еще более сильными, чем были до сна." - Нуартье де Вильфор