Год в Провансе

Опираясь на личный опыт, могу с уверенностью сказать, что комфортный переезд сродни изящному искусству, освоить которое способен далеко не каждый, не говоря уже о том, чтобы полюбить. Необходимость лишать предметы быта привычных мест, утопать в море оберточной пленки и бумаги, ежедневно «баловать» себя скрипом разворачиваемого скотча, а после долго и нудно разбирать все собранные недавно вещи (и это мы еще минуем ожидание доставки целой горы коробок и водворение их по нужному адресу) – сомнительное удовольствие… И думается мне, сие грандиозное событие может принести радость только тогда, когда ты переезжаешь домой, в свое долгожданное, вымоленное у времени и обстоятельств гнёздышко. В моих глазах недавнего кочевника переезд главного героя с женой в другую страну сродни подвигу. Мне сложно представить, сколько моральных и физических усилий нужно приложить, чтобы совершить такой прыжок, даже учитывая, что точка прибытия – маленький рай на земле. Я считаю, что за отвагу и выдержку нужно выдать английской паре медаль.
Питер Мейл, наш главный герой и автор, с первых страниц своей удивительной книги не горит желанием погружать читателя в дрязги переезда. Разве хочется вспоминать об этом, далеком и теперь уже несущественном, когда жизнь так кардинально изменилась? Он хватает читателя за руку, без усилия вытаскивая его из болота повседневности, выводит на благословенный воздух и призывает полюбоваться на синь неба над головой, величественные горы, отвесной стеной возвышающиеся сразу за домом, старый раскидистый миндаль в маленьком ухоженном дворике, стройные ряды виноградников… Он шепчет восторженно на ухо: «Взгляни, дружок, разве не чудесен Прованс?» Конечно, чудесен, будь моя воля, я бы уже завтра купила заветный авиабилет! В своем захватывающем рассказе о жизни на новом месте автор выбирает особый повествовательный путь. Он отказывается засыпать читателя историческими фактами и цифрами статистик, а предлагает присмотреться к тому, что его окружает, подслушать то, о чем говорят, и попробовать на вкус щедрые угощения южного края.
Прованс Мейла – очаровательная мозаика, которая помимо воздушных пейзажных зарисовок складывается в основном и из портретов самих провансальцев. С юмором и доброй иронией он знакомит читателя с этими людьми, для которых совершенно pas normale, когда солнце прячется за тучу.

По праву рождения провансальцы убеждены, что каждый день обязан быть солнечным, и если он таковым не оказывается, у них моментально портится настроение. Дождь они воспринимают, как личное оскорбление, и в кафе громко выражают друг другу соболезнования, скорбно качают головами, с отвращением обходят лужи и подозрительно поглядывают на небо, словно ожидают, что оттуда на них вот-вот опустится стая саранчи…
Они еще в Петербурге с ноября по март не были! И это было бы смешно, если бы не было так грустно, ибо зима для жителей Прованса сопряжена со скукой и депрессией и процент самоубийств в это время реально возрастает, в одном только Воклюзе он выше, чем во всей остальной Франции… Не будем останавливаться на печальной ноте.
Небольшие, но красочные характеристики позволяют читателю представить этих предприимчивых трудолюбивых детей земли. Две – три детали, и вот уже вырисовывается в воображении и тот старичок с рынка, намазывающий козий сыр на половинку багета, и месье Меникуччи в хлопковой шапочке, рассуждающий о музыке, и большой виноградарь Фостон, с хитрым видом постукивающий себя пальцем по носу перед тем, как надоумить соседа-иностранца засадить землю еще большим количеством саженцев. Не забывает автор упомянуть о специфическом произношении провансальцев, их способности маневрами рук придавать сказанному особые оттенки смысла.
С энтузиазмом Мейл рассказывает о необычном климате Прованса, холодных мистралях, дующих из России и сметающих все на своем пути, ливнях и снегах, повергающих в шок почитающее солнце население… И, конечно, с любовью и каким-то детским восторгом говорит о местной кухне – разнообразной, очень калорийной и очень вкусной. Честно скажу, присутствовать на этом словесном празднике из описаний хлебосольных ланчей и ужинов, среди мисок со свежим салатом, анчоусами, оливками, сырами (!), бутылок с разными видами вина и разнообразных блюд (тут вам и холодные, зажаренные в прованском масле перцы, и барашек, фаршированный травами, и телятина с трюфелями и т.д. и т.п. до полного изнеможения) на голодный желудок просто невозможно! Диета? Не-не, не слышала! Питер с женой то и дело посещают маленькие провансальские кафе, учатся выбирать хлеб к тому или иному блюду, узнают, где купить лучшее в Провансе оливковое масло, и заставляют читателя просто исходить слюной.
На примере ремонтных работ в своем новом доме, затянувшихся на целый год, автор рассуждает об эластичности и относительности местного времени. В Провансе ничто не случается тогда, когда это запланировано. Достаточно и того, что это случается вообще… Поведает Питер Мейл и о национальной страсти к снаряжению и охотничьим аксессуарам, пожалуется на наглость знакомых из Англии, желающих пожить и отдохнуть за чужой счет, и толпы туристов, заставляющих юг Франции биться в лихорадке с конца мая по октябрь. Живо, захватывающе, легко.
В финале автор отмечает, что в своей книге не успел рассказать о многом. И это немудрено, разве можно в одном томике описать жизнь целого городка? Появление на свет романа-продолжения было неизбежным, а значит, я еще покатаюсь на велосипеде по узеньким улочкам Прованса, отведаю самого вкусного хлеба, полюбуюсь на цветение лаванды, подивлюсь местным нравам… Еще вернусь, чтобы в очередной раз согласиться с автором, что достаточно один раз рискнуть, выйти из зоны комфорта для того, чтобы в корне изменить жизнь и, вполне возможно, обрести свое идеальное место на большой планете Земля.