The Last Hero

Смерть сидел в своём кабинете в тёмном доме на краю Времени и смотрел на деревянную шкатулку.
— МОЖЕТ, СТОИТ ЕЩЁ РАЗ ПОПРОБОВАТЬ? — предположил он. Смерть взял на руки крошечного котёнка, погладил его по голове, аккуратно опустил в шкатулку и закрыл крышку.
— КОГДА ВОЗДУХ ЗАКАНЧИВАЕТСЯ, КОТ УМИРАЕТ?
— Полагаю, что так, — кивнул его слуга Альберт. — Но дело не в этом. Если я правильно понимаю, определить, мертва кошка или нет, можно только посмотрев на неё.
— АЛЬБЕРТ, ДО ЧЕГО Ж МЫ ДОКАТИЛИСЬ, ЕСЛИ Я, ЧТОБЫ УЗНАТЬ, УМЕРЛО СУЩЕСТВО ИЛИ НЕТ, ДОЛЖЕН СМОТРЕТЬ НА НЕГО!
— Э…. хозяин, теория гласит, что именно акт наблюдения определяет, умерло существо или нет.
Смерть выглядел несколько обиженным.
— ТЫ НАМЕКАЕШЬ, ЧТО ОТ ОДНОГО МОЕГО ВЗГЛЯДА КОШКИ МРУТ?
— Не совсем, хозяин.
— Я ЖЕ НЕ СОБИРАЮСЬ КОРЧИТЬ ЕМУ ВСЯКИЕ УЖАСНЫЕ РОЖИ.
— Честно говоря, хозяин, лично я сомневаюсь, что даже волшебники до конца понимают эту чепуху про неопределённость, — ответил Альберт. — В моё время мы подобной ерундой не занимались. Определенность-неопределенность, уверенность-неуверенность… Не уверен, значит, мёртв. И точка.
Смерть кивнул. У него с трудом получалось идти в ногу со временем. Взять, к примеру, параллельные измерения. Вот паразитные измерения — это да, это понятно. В одном из таких он жил. Паразитные измерения были недоделанными вселенными, которые могли существовать, лишь присосавшись к главной вселенной на манер рыбы-прилипалы. Но параллельные измерения могли означать лишь одно: всё, что ты сделал, ты не сделал где-нибудь ещё.
Всё это представляло собой необыкновенно тонкую проблему для существа, которое по природе своей было определённым. С тем же успехом можно играть в покер против неопределенного числа противников.
Смерть открыл шкатулку и посмотрел на котёнка. Котёнок уставился на него с нормальным для любого котёнка изумлением.
— ТЕРПЕТЬ НЕ МОГУ, КОГДА С КОШКАМИ ПЛОХО ОБРАЩАЮТСЯ, — сказал Смерть, осторожно опуская котёнка на пол.
— А по-моему, эта идея с котёнком в коробке — не более чем метафора, — откликнулся Альберт.
— А… ТО ЕСТЬ ЛОЖЬ. — Смерть щёлкнул пальцами.
Кабинет Смерти не занимал пространства в привычном смысле этого слова. Потолок и стены служили скорее декорациями, а не средствами ограничения. Сейчас они потускнели, исчезли, и на их месте появились гигантские песочные часы.
Их размеры трудно было определить, но мерить эти часы можно было разве что в милях.
Внутри по струящемуся песку плясали молнии, а снаружи на стекле было выгравировано изображение черепахи.
— М-ДА, МЕСТА ПОТРЕБУЕТСЯ НЕМАЛО, — сказал Смерть.