— Вот так, Зейделе, каждый человек чувствует свою смерть. Три раза он чувствует ее — когда у него рождается ребенок, и когда этот его ребенок женится, и когда умирают его родители.

— Я не умею танцевать, и я не умею варить, и я не умею шить, — сказал Яков.
— Дня танцев и варки есть свои правила, — сказал Ненаше. — А всему, что имеет правила, можно научиться.

Слюна, Зейде, это замечательная вещь, даже больше, чем слезы, больше, чем все, что течет в теле. При еде она для вкуса, при поцелуе она для любви, а когда ты плюешься, она для ненависти.

Только протяни руку и возьми, чтобы не обвинять себя потом всю остальную жизнь, потому что дать женщине, которую ты любил, дать ей уйти - это самое страшное, что может случиться с человеком.

Начинается всегда по-разному, и продолжение всегда очень запутанное, но конец - конец всегда такой простой. И такой одинаковый.

— У каждого человека есть одна-две красивые стороны. Любовь — это дело для ума, а не для сердца. В любви все продумано и взвешено, — добавил он. — Здесь есть над чем поломать голову. Любить надо так же, как строить дом или писать книгу.

Нет ничего страшнее, мой мальчик, чем позволить уйти любимой женщине…

...она любила ее самой глубокой и верной любовью — любовью по выбору.

Даже отчаянным лгунам хорошо известно, что правда и ложь не исключают друг друга, а, напротив, мирно сосуществуют и даже одалживают одна другой разные мелочи.

… каждая женщина любит своего мужа, она лишь хотела бы внести несколько небольших изменений…

Если у женщины есть только подозрения, а доказательств — никаких, она просто с ума может сойти!

Однако никогда, Зейде, никогда не позволяй кому-то другому играть главную роль в твоей жизни, как это сделал я.

... из-за дырявой памяти старики иногда забывают умереть… Так все тянем и тянем, пока все вокруг не забывают, кто мы такие и что делаем в жизни. Ибо что у старика осталось, кроме его старости? Ни сил, ни ума, ни женщины, только воспоминания, которые ломают ему жизнь и доканывают тело.

Нет на свете ничего более жалкого, чем попытки вернуть прошлое.

Пo-иному звучит человеческая смерть, но ведь и при жизни человек и дерево звучат по-разному… И уж совсем по-разному звучит тишина, которую оставляют они после своего ухода.

Хорошая еда - это та, после которой ты насухо вытираешь тарелку кусочком хлеба.

Я рассказал Наоми старую историю, услышанную от Яакова, и она сказала, что он прав - мужчины ищут в своих женах не мать, не дочь и не блудницу, как написано в глупых книгах.

• Сестру свою они ищут, - добавила Наоми. - Свою сестру-близнеца, заключенную в них самих, такую близкую, но такую недосягаемую...