Скорость Тьмы

Маленький, смешной скульптор-миниатюрист подходит к "живой скульптуре" - девушке-миму, опускает монетку в её ящичек, но музыка не играет. И тогда она исполняет танец в тишине, только для него. После окончания работы девушка будет чинить заевший магнитофон, а маниатюрист побредёт в свою каморку, мечтая о том, как он сможет превратить свою любовь в пленницу музыкальной шкатулки, чтобы владеть, владеть единолично, владеть так, как не сможет владеть никто иной.

Он заключит свою "куклу"-балерину в хрустальный шар, превратит в крохотную куклу среди крохотного кукольного города, сумев затормозить скорость света, обратив её вспять, превратив её в скорость тьмы. По стечению обстоятельств и её возлюбленного, другого мима, он тоже заключит в шар, заставив их выживать в кукольном мирке зданий, у которых есть внешняя сторона, но нет внутренней. Маленький мир, выточенный самим злодеем, маленькие люди, вечные пленники в мире своего демиурга, не умеющего зажигать солнце, но умеющего обращать его вспять.

Это не классическая сказка, больше похоже на драму, добавь в которую чуть переживаний и извращённого сюрреализма и она бы превратилась в очередную патологическую историю Анджелы Картер. Однако Шерер остаётся в своём мирке превращения сказок в бытовые жизнеописания. Маленький сын балерины боится миниатюриста, он в шаге от того, чтобы постичь тайну исчезновения матери и её бойфренда, но свет не пролить на мрак тайны, когда свет остановлен, и мальчик становится воспитанником миниатюриста и эта ситуация длится годы и годы.

Сложно сказать о чём эта сказка. Быть может, о том, какие странные, извращённые формы порой принимает любовь. Потому что эти четверо - уличные актёры внутри шара и похищенный ребёнок с воспитателем-похитителем - по сути представляют собой какую-то искажённую форму семьи. И миниатюрист уже забывает, что он не отец мальчика, сердясь, что тот совершенно не перенял таланта вырезать из спичечных головок таких верблюдов, которые смогут пройти сквозь игольные уши. Быть может, это сказка об одиночестве и упоении властью, какую дарует возможность больше не быть одиноким. Каким счастьем может стать для кого-то семья, если даже она украдена.

Конец у этой нестандартной сказки, впрочем, вполне стандартен, он не зависает в пустоте, как капельки остановленного света, он вполне определён и потому дарует гарантированный катарсис. Меланхоличный, с налётом грусти, как и сама эта сказка, катарсис. Капелька света, заключённая в янтаре. Хлопья снега, падающие на кукольный город, построенный вечно одиноким демиургом. И в каждой "живой скульптуре", быть может, вам будет чудиться девушка мим, переодетая балериной из механической шкатулки, которая исполняет в тишине танец для кого-то, кто думает о том, как легко украсть любовь, которую невозможно получить, как легко превращать людей в своих кукол.