Цитаты из книги Чужак с острова Барра

- Сколько на земле будет существовать глупость, столько будет существовать расовая нетерпимость и дискриминация. Но не нужно придавать ей слишком большого значения. Она гнездится главным образом в мелких душонках мелких людишек... людей, не умеющих мыслить, таких, как Труди... не способных ни о чем составить собственное мнение. Это они низшая раса, они, а не ты!

Кэнайна приподнялась на постели и вытерла платком глаза.

- Поначалу все кажется хуже, чем на самом деле, — продолжала Джоан Рамзей. — Все уляжется, когда они поближе познакомятся с тобой, но тебе всю твою жизнь придется сталкиваться с этим. Слабеньким это не по плечу, и по всему свету они спешат укрыться в своих собственных маленьких Кэйп-Кри.

Он открыл жгучую напряженность настоящей любви. И за всем этим стоял, и не просто стоял, а все по-своему изменял, этот странный гусь!

Влюбился бы он в Кэнайну, если бы поиски Белощека не свели их в таких эмоционально насыщенных обстоятельствах? Да, несомненно. Но наверняка Белощек помог выявить это быстрее и раньше. Перед ним маячила смутная идея сделать ее на лето своей любовницей, он не строил подобных планов, но готов был подчиниться ходу вещей, если дело примет такой оборот. И возможно, если бы появление Белощека не ускорило событий, она действительно стала бы любовницей, и, когда б он потом полюбил ее, это было бы совсем другое дело. Ситуация с любовницей гораздо проще, ею можно управлять.

И в тот самый миг, когда она скрылась, Рори понял, что любит ее. С оглушительным ощущением, от которого у него задрожали колени, осознал он, что обрел неистовую силу и абсолютную бесповоротность настоящей любви. В этот вечер его не могли сбить никакие физические побуждения; любовь пришла или, по крайней мере, стала ясна ему без единого прикосновения. Теперь ему стало понятно и то, что случилось вчера на берегу Кишамускека, когда его внезапно словно сковал паралич: где-то в глубине души, подсознательно он уже тогда все знал.

Теперь Мэри могла сказать о себе, что тоже способна покорять сердца. Внезапно прозрев, она с леденящей, словно клубы зимнего тумана над Клайдом, ясностью поняла, что в этом заключалась единственная причина, побудившая ее выйти за Большого Сэмми. И тем не менее на душе у нее было покойно. Теперь она снова могла со стоическим безразличием примириться со своей заурядной, малопривлекательной внешностью. Но, обладая себе на горе умом, слишком привыкшим к самооценке, она сознавала и то, что поступила как последняя шлюха. Продалась, чтобы сохранить репутацию и вновь обрести душевный покой.

С горечью думал он, что мог бы жениться на потаскушке с кроличьими мозгами, вроде Пегги Макнил, не услышав ни одного упрека, но Кэнайна Биверскин должна была остаться за пределами его общества, потому как в верхних слоях ее кожи содержалось чуть больше пигмента меланина. Он принадлежит к роду, ведущему стадный образ жизни, и должен жить и трудиться вместе с себе подобными, и, чтобы добиться их расположения и обеспечить тем самым себе дальнейшее продвижение, он должен почитать взгляды и убеждения ближних как свои собственные.