В этих заметках я хотел бы поразмышлять не о манге, которая, собственно, и выбрана в качестве объекта рецензирования, а о первоисточнике – мультфильме «Первый отряд». * Мы живем в эпоху постмодернизма, когда любая реальность считается не вполне полноценной, если не содержит элементов иррационального. Причем, предметом мифологизации может быть что угодно – от повседневного дезодоранта до великих исторических событий. Да и большая часть истории, если вдуматься, есть не что иное как наши представления о когда-то произошедшем, порой весьма далекие от действительности. Но в мифологии, также как и в литературе, существует градация от графоманства до гениальности. Благо первому способствует «низкий порог вхождения» - более-менее развитым воображением обладает почти каждый человек. Но что же тогда отличает «профессиональное» произведение? Ответ лежит в самом определении мифа – эта субъективная реальность, которую принимают за объективную, или, иными словами, наделение предмета или явлениями воображаемыми свойствами принимается как действительно существующее. Оставим пока в стороне, зачем это нужно. Для нас сейчас будет главным, что в созданный образ люди верят как в реальный. Оценка «качества» мифа, как и любого произведения искусства субъективна. В отличие от живописи, скульптуры, прикладного искусства, где ценность творения определяется его единственностью или малочисленностью, временем, отстоящим от создания, и первичностью, в литературе и кинематографе ценность наоборот заключается во множественности – контактов, просмотров, т.е. скольким людям то или иное произведение оказалось созвучно. Но созвучно большим массам может быть и что-то созданное на уровне художественной самодеятельности. Весь вопрос только в том, что уровень сложности этих произведений таков, что они легко воспроизводимы и легко заменяемы. И, как следствие, недолговечны. Ценность любого созданного мира, в том числе мифологического, в его эксклюзивности, т.е. эти события могли произойти только с этими героями и только в этой обстановке. Раз созданный мир начинает жить по своим законам и любое отступление от них сразу же порождает чувство дежа вю. * После столь обширного вступления можно перейти к работе Энки Сугихары по сценарию Михаила Шприца и Алексея Климова. Главная идея полнометражного мультфильма – в Великую отечественную войну противостояли друг другу не только реальные войска, но и мифологические герои, сражающиеся как на стороне немцев, так и на стороне русских. В переломные моменты, или как их называют в фильме – «точки истины», границы между мирами настолько истончаются, что миф становится таким же оружием, как и винтовка в руках солдата. Идея эта имеет под собой полу-реальную основу. Во время обороны Москвы Сталин дал разрешение на облет линии фронта самолетами с мумией Тамерлана и чудотворными иконами. В Великой отечественной, фактически, столкнулись две глобальные идеологии – миф об арийской, избранной расе и миф построения коммунизма во всем мире. И та и другая сторона имела институты создававшие их – Аненербе у немцев и многочисленные идеологические отделы в СССР. Но в переломные моменты идеология нуждалась в героях из прошлого, выдающихся личностях укрепляющих и подтверждающих миф. У немцев это были тевтонские рыцари, а русских – противостоявшие им Александр Невский и Иван Грозный.
* Но вернемся к «Первому отряду». Его создатели решили оставить за скобками идеологию, взяв только основных героев. Но тевтонцам противостоят не русские князья и былинные герои, а пионеры. Это вполне допустимо, если они будут представлять некую большую общность, как Василий Теркин представлял народ. Но для этого пионеры слишком безлики и практически не имеют индивидуальности и характеров. В результате имеем: - немецкий Аненербе и советский шестой отдел ОВР привлекают на свою сторону души умерших, чтобы переломить в свою пользу ход сражения; - со стороны немцев – это тевтонские рыцари, со стороны СССР – души пионеров из Первого отряда специального назначения; - сражение происходит на льду Чудского озера, где за 700 лет до этого Александр Невский уже разбил немецких рыцарей; - против мечей тевтонцев, прорвавшиеся в реальность через сознание Нади ее мертвые соратники по отряду, сражаются огнеметами и огнестрельным оружием, тем самым предопределяя исход битвы; - души разбитых рыцарей погружаются на дно озеро, а история вновь отдана в руки людей. Правда, возникает несколько двусмысленный момент. Тевтонцы находятся в аналоге Вальгаллы скандинавской мифологии, где ждут своего часа воины, павшие на полях сражений. И они дожидаются последней битвы – Рагнарёка, где будут драться на стороне светлых богов против великанов, чтобы окончательно погибнуть вместе с ними, но дать возможность новым богам построить новый лучший мир. Как-то это не сочетается с главным посылом фильма. :) * Почему рассказанное и анимированное не тянет на миф? Оно стандартно и взаимозаменяемо. Место безликих пионеров вполне может занять какая-нибудь разведрота или и вовсе американские бойскауты. Как не стремились авторы мультфильма, разбавляя видеоряд интервью с реальными участниками войны и историками, перед нами предстает всего лишь голая схема, превращающая повествование в очередное фэнтези, только на тему Великой отечественной войны.
В этом плане полезно сравнить «Первый отряд» с «Мифогенной любовью каст» («МЛК»). Ануфриеву и Пепперштейну каким-то образом удалось создать полноценный миф. Нет, конечно, пока не идет речь о вере в реальность происходящего в «МЛК». (Для этого прошло еще мало времени). Но то, что созданный двумя художниками мир эксклюзивен и живет по своим жестким законам, не допускающим произвольного вмешательства извне, сомнений не возникает. «Мифогенная любовью каст».
14 понравилось
