" Предчувствие наказания страшнее самого наказания".

Обещали сохранять терпение, когда легко его потерять, искренность, когда легче солгать, и каждый признавал, что истинная любовь и преданность могут быть доказаны только с течением времени.

Ты умница, веселая и добрая, и искренняя тоже. Я верю тебе. Верю в нас. Да, я уезжаю, а ты возвращаешься домой. Но ничто не повлияет на мои чувства к тебе. Они не изменяться от того, что я еду в Вандербилд. Я люблю тебя больше, чем любил кого бы то ни было.

- Это было прекрасно, правда? <...>

- Да. Но больше всего я наслаждался тем, что разделил это с тобой.

– Но я не всегда принимаю верные решения.
– И это лишний раз доказывает, что ты всего лишь человек.

Джона с подозрением оглядел смесь в сковородке и тортильи на стойке.
- Только не говори, па, что перешёл на сторону тёмных сил!

Ты всё не так понимаешь. Есть разница между "перепихнуться" и "вновь сойтись".

Она не хотела думать о последних неприятностях,но в памяти то и дело всплывали события этого лета.Она почти не помнила ту девушку,которой была,впервые приехав сюда.

В семнадцать лет я даже не знала,что такое любовь.Но она приходит не спрашивая,и значит,настало время для тебя.

-Она здорово изменилась,правда?
Стив опустил бинокль.
-Думаю,этим летом мы все очень изменились.

люблю людей,которые любят черепашек

Если ей останутся одни воспоминания, хотелось бы собрать как можно больше. И сейчас впервые за много лет она попросила Бога дать ей достаточно времени для этого...

Жизнь очень похожа на песню. Вначале это тайна, в конце - подтверждение, а в середине кроются все те эмоции, которые делают жизнь достойной.

Правда чего-то стоит, только когда имеешь силу воли признать свою вину.

- Принести тебе пива?
- Я не пью.
- Почему?
- Потому что это толкает людей на дурацкие поступки.

Он искал убежища в музыке, и только сидя за пианино давал волю всем своим эмоциям.

...if the relationship can't survive the long term, why on earth would it be worth my time and energy for the short term?

That was the thing with girls: The worse he treated them, the more they wanted him.