Цитаты из книги Избранное

Когда говорят, что все в руках Божьих, пиши пропало.

Слова одобрения лечат лучше лекарства

У женщин свои странности. Им кажется, что вырвать волосок, значит признаться, что он был. Поэтому они предпочитают сохранять свои волоски и делают вид, что их и в помине нет.

Именно тот мальчишка, который никогда не видел пьяных, начинает пить, когда вырастает.

Когда с единственным сыном случилась беда, он и не подумал искать утешения в религии, покоряясь «воле божьей». Его любовь деятельна: она закаляет, учит, как можно быть причастным к тому, в чём судьбой отказано, сопереживать, приносить пользу. Опекая, он оставляет простор, идёт на риск: «…ограждая его голову от ударов, мы можем разбить ему сердце».

"Обопрись руками о хорошую лошадь, и ее сила перейдет в тебя", говаривал отец.

Я вышел на берег, чувствуя себя исследователем, вернувшимся домой после долгого путешествия, полного опасностей и лишений. Берег озера уже не казался мне уединенным местом, где жил страх; это был чудесный зеленый уголок, освещенный солнечными лучами, и я, насвистывая, стал одеваться.

Я научился плавать.

Я був щасливий. Біль не мучив мене, і я міг ходити. Але дорослі, які навідувалися до нас після мого повернення, не вірили, що я можу бути щасливим. Мою життєрадісність вони називали «мужністю». Часто дорослі відверто говорять про дітей в їхній присутності, неначе діти неспроможні зрозуміти того, що про них кажуть.

Часто взрослые откровенно говорят о детях в их присутствии, словно дети не способны понять то, что к ним относится.

Однажды отец не стал распрягать молодую лошадь, а просто привязал вожжи к ободу колеса и пошел выпить чашку чая; лошадь, оборвав туго натянутые вожжи, помчалась через ворота, разбила бричку о столб и ускакала. Отец, услышав грохот, выбежал из дому и постоял с минуту, рассматривая обломки, а потом обернулся ко мне (я, разумеется, выскочил вслед за ним) и сказал: «А, наплевать! Пойдем допивать чай»

Когда такой бродяга останавливался у наших ворот на ночлег, отец всегда делал вывод, что у парня нет ни гроша. "Если бы у него водились денежки, он дошел бы до постоялого двора".

... когда почувствуешь что выдыхаешься, бросай все и ложись. Даже лучшей призовой лошади надо давать передышку на большом подъеме.

У меня был нормальный ум, я воспринимал жизнь, как это свойственно нормальному ребенку, и мои изуродованные ноги не могли этого изменить. Но со мной обращались, как с существом, отличным от моих товарищей по играм, — и во мне развилось противодействие этим влияниям извне, которые могли бы искалечить мою душу.

- Костыли! - воскликнул я, с презрением отбрасывая мысль о них. - Кто думает о костылях!

… откровенно брезгливые взгляды исходят только от людей со слабым телом, всегда помнящих о собственной физической неполноценности. Сильные и здоровые люди не сторонятся калеки - его состояние слишком далеко от их собственного. Только те, кому грозит болезнь, содрогаются, видя ее у других.

Ребенок-калека не понимает, какой помехой могут стать для него бездействующие ноги. Конечно, они часто причиняют неудобства, вызывают раздражение, но он убежден, что они никогда не помешают ему сделать то, что он захочет, или стать тем, кем он пожелает.

Если кто-нибудь даст тебе сотню фунтов за книгу, можешь побиться, об заклад, что это ему выгодно, но, если все бедные и обез-доленные люди снимут перед тобой шапки за то, что ты написал ее,— это совсем другое дело; это всего дороже.

Волосы ему, наверное никогда не причесывали. Они торчали дыбом, как шерсть у испуганной собаки.