— О, да, — ответил Фрэнсис. — Человеческая психика восстанавливается сама по себе, хотя человек может этого не замечать. Даже самую трагическую смерть невозможно оплакивать вечно. На место скорби придут сладкие воспоминания, а в конце концов вернется счастье, хотя уже другого рода, чем раньше.

Праздничный ужин продолжался. Фазаны, которым предшествовал пирог с омаром, треска в устричном соусе, седло барашка и сладкое мясо, пожаренное с петрушкой, сменились фруктовым желе, сырным пирогом, безе с кремом, пудингом и мороженым. И в завершение подали еще один пудинг — сливовый с бренди, испеченный на открытом огне.

— Ох, ну, так и быть, — снова сдался он и подумал, что с женщинами всегда так (подразумевая при этом мать и сестер): за одну минуту покоя постоянно приходится чем-то поступаться.