Повседневная жизнь Москвы в XIX веке

На основе дотошного изучения и обобщения обширных архивных документов, воспоминаний и дневников московских старожилов, трудов историков, записок и сочинений писателей, журналистов и путешественников как отечественных, так и зарубежных, автору удалось воссоздать многомерную и захватывающую панораму Москвы, сложившейся после великого пожара 1812 года. Вторая столица предстает как город святой и древний, красивый и уродливый, но постоянно обновляющийся, город "нелепия и великолепия", с такой же, ка...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,7

33 оценки

5
67%
4
33%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 39Хотят прочитать 191

Рецензии

_Yurgen_24 апреля 2019 г.
Старая Москва
Книга из серии «Повседневная жизнь» (серии, надо сказать, весьма неровной с точки зрения качества подачи материала) предлагает продолжительный экскурс в жизнь дореволюционной Москвы. Город предстаёт перед читателем в разных оттенках сложного многослойного бытия.
Здесь и отставники-дворяне, и купцы, бородатые и безбородые, и городские низы,
и самое «дно», в лице пьяниц и проституток. Вера Бокова рассказывает
об интересных особенностях московской кухни, трактирах, ресторанах (в том числе о знаменитом «Яре»), харчевнях. Уже в позапрошлом столетии москвичи разбирались в сортах китайского чая, предпочитая купить подороже да получше. Поддельный чай в виде просушенной старой заварки пополам с иван-чаем продавали проезжающим на вокзалах. Однако чайных было мало, т.к. в них запрещалось отпускать алкоголь.
Несмотря на то, что многое из той стародавней жизни безвозвратно кануло в лету, характер города, на мой взгляд, сохранился и по сей день. Я вижу это, прежде всего, в выходные дни, когда в некоторых центральных районах исчезают офисные работники, и можно спокойно любоваться домами XVIII – XIX веков.
Москва с «божьими конурками» (М. Горький) видится той самой, дореволюционной. Вот-вот выскочит пролётка, пробежит, раскачиваясь, баба в ситцевом платке.
В своей книге автор сумела передать эту трудноуловимую атмосферу любимого мною города.
Читать далее
25
1K
rijka29 октября 2017 г.
До фразы

Известно, что русские солдаты во время войны 1812 года, не имея возможности приготовить щи из капусты, квасили листья винограда и варили из них щи
у книги шансы еще были.
Первое знакомство с автором состоялось благодаря очень миленькому альбому издательства "Этерна" - "Безделюшки. Предметы домашнего обихода в фотографиях и воспоминаниях конца XIX-начала XX века". В книгу вошли фотографии коллекции Елены Владимировны, разбавленные цитатами из дореволюционных газет и мемуаров аналогичного времени. Потом мне попалась книга, посвященная дачной жизни, составленная по аналогичному принципу. Потом - книги о бабушках, дедушках, путешествиях... Пожалуйста, возьмите меня в исследователи! Я отдаю себе отчет в том, что даже сбор материла задача кропотливая (слава богу, опыт работы есть), но мне всегда казалось, что публикацией надерганных отрывков задача исследователя не ограничивается. Будем считать, что мне обидно. Ну хотя бы "составителем" назовите - где тут авторство? Нет, это куда лучше "Повседневной жизни русской усадьбы XIX века" товарища Охлябинина, на которую я плевалась летом, но в остальном качество серии оставляет желать лучшего. У Елены шире охват источников, но по сути эта та же свалка из цитат с неловкой попыткой связать их в единое повествование. Чаще всего такие попытки не очень удачны, дублируют предыдущие разделы, немного грешат против истины как в случае с щами из винограда. Вопрос на засыпку автору многочисленных книг по истории XIX века ценой в полторы тысячи: в каком году закончилась война 1812 года и где именно русские казачки собирали виноград? В ноябре на Березине? Или в декабре под Варшавой?
В целом, для неспециалиста (котором в этой теме я тоже являюсь) собран интересный материал, в книгу вошли и неопубликованные источники, что делает ее еще интересней, но при отсутствии какой-либо исследовательской работы можно и оригинальные издания прочитать. К тому же, очень сильно режет глаз постоянные прыжки от современной орфографии к орфографии источника. Понятно, откуда растут ноги: яти, если публикация дореволюционная или рукопись; современная грамматика, если цитируется по новым изданиям, но как же для меня это выглядит неаккуратно .
Надеюсь, что все-таки не все книги в этой серии такого качества - издан же в ней Пастуро, но с русской историей мне категорически не везет, теперь даже не знаю, стоит ли браться за "Приметы и суеверия", которые, наверняка, "написаны" в той же стилистике и в том же качестве.
Читать далее
15
2K
Tavianu26 марта 2014 г.
Тема книги крайне интересная, что не удивительно: самое начало 19 века, романтизм, ампир и т.п. Перед автором снимаю шляпу уже за то, что она проделала огромнейшую работу по поиску, отбору и систематизации множества источников о том дивном времени, полном переломных моментов в истории могущественной державы.
Правда, вся книга получилась сплошь из одних цитат всех этих источников: книг, воспоминаний, газет, журналов, сборников и пособий той поры. Воспринимать такое сложно, во всяком случае мне. Да, деление на тематические главы, описывающие тот или иной аспект жизни, удобен для восприятия и построения целостного образа эпохи. А мне хотелось больше художественности, что ли, или же экспертного мнения самого автора. Но получился большой реферат, состоящий только из цитат.
Читать далее
14
735

Все рецензии

Цитаты

Lindabrida18 ноября 2020 г.
Один старый солдат на вопрос, когда не будет в мире войны, ответствовал: когда людей не будет.
4
188
Ne_kritik8 марта 2016 г.
Мужчина, который насмехается над старухами, не достоин, чтобы его любили молодые.
4
330
Hopeg27 июля 2017 г.
1837 г:
В том же году по морскому ведомству выходит приказ, в котором сообщается, что «его величество изволил повелеть не допускать никаких странностей и в усах и в бакенбардах, наблюдая, чтобы первые были не ниже рта, а последние, ежели не сведены с усами, то также не ниже рта, выбривая их на щеках против оного»
"Перчатки чтоб у вас были всегда чисты, хоть и немножко разорваны — это ничего, напротив, это даже bоn genre [74]; но главное, чтоб перчатки с трудом всползали на вашу руку и держали ее словно в тисках»
«Перчатки непременно следует одевать до выхода из дома, — как одевать их, так и завязывать ленты шляпы на улице неприлично.
Входя в гостиную с визитом, они должны быть непременно одеты на обеих руках и снимать их во время посещения нельзя»
Бал в начале прошлого столетия начинался польским или полонезом, «что больше походит на прогулку под музыку». В первой паре шел хозяин с «наипочетнейшей» гостьей, во второй — хозяйка дома с «наипочетнейшим» гостем.
Польский, как свидетельствует Ф. Ф. Вигель, длился не менее получаса. «Это даже не танец, а просто отдых, развлечение», — сообщает в письме Марта Вильмот. «Польский только условно заслуживает названия танца, представляя собой прогулку по залам: мужчины предлагают руку дамам, и пары степенно обходят большую залу и прилегающие к ней комнаты. Эта долгая прогулка дает возможность завязать беседу, однако любой кавалер может менять партнершу, и никто не может отказаться уступить руку своей дамы другому, прервав едва завязавшуюся беседу. Признания, готовые сорваться с уст, замирают, и не однажды, думаю, любовь проклинала это вынужденное непостоянство, сохраняющее для благоразумия сердца, уже готовые с ним проститься»
Вторым бальным танцем был вальс. Не сразу вальс завоевал популярность. Во Франции против этого танца выпускали даже специальные листовки, где называли его безнравственным, деревенским, народным.
Однако не вальс, не французская кадриль, а мазурка была душой бала. Кавалер должен был проявить в этом танце всю свою изобретательность и способность импровизировать. По словам А. П. Беляева, «…это был живой, молодецкий танец для кавалера и очаровательный для грациозной дамы».
Одним из завершающих бал танцев был котильон, «самый продолжительный для влюбленных, как и мазурка». Это веселый танец-игра, который сопровождался беготней «по всем комнатам, даже в девичью и спальни». «Котильон, бесконечный вальс с фигурами, продолжался три часа и больше…»{63} «Попурри и котильон (которые сливаются ныне воедино) — роковые танцы для незнакомых между собою. Я всегда называл их двухчасовою женитьбою, потому что каждая пара испытывает в них все выгоды и невыгоды брачного состояния».
Нередко бал заканчивался «греческим» танцем, la grecque, «со множеством фигур, выдумываемых первою парою». «Бал заключался шумным la grecque, или гросс-фатером, введенным, как утверждали, пленным шведским вице-адмиралом графом Вахтмейстером»
Наставление сыну, вступающему в свет
Ежели кто изъявит свое мнение, отнюдь не соглашайся: согласие с мнением другаго прилично посредственным умам. Объяви то громогласно и на отрез. Ежели тебе сделают возражение и у тебя нет в запасе готовых мыслей – пожми плечами – изкоса посмотри – противник твой невежа.
Суди обо всем: о военных, о статских, даже о государственных делах; но берегись, не хвали ничего; осуждай все и давай чаще чувствовать, что все лучшее идет в других государствах. Сим докажешь большие свои виды и глубокомыслие.
Ежели где заговорят про твое отечество и нечаянно станут описывать промышленность, произрастения или местоположение какой-либо губернии – молчи как щука – лучше врать про чужия земли и знать, что делается за тридевять земель, нежели ведать твердо, что у нас есть дома хорошаго.
И еще одна многозначительная деталь: первый тост объявляли после перемены блюд, тогда как современные застолья грешат тем, что начинаются сразу с произнесения тоста.
Сегодня для приготовления блинов чаще всего мы используем пшеничную муку, тогда как настоящие русские блины делали из гречневой муки. «Начнем с главнейшей аксиомы: настоящие коренные русские блины суть блины грешневые», — писал В. Ф. Одоевский. Помимо гречневых, пекли пшенные, овсяные, манные, рисовые, картофельные блины.
Читать далее
3
320