Шестнадцать лет спустя. Вилла "Белый конь". Смерть в облаках. "Почему не позвали Уилби?"

Я восхищался миссис Крейл. Что бы ни случилось, это была настоящая леди!

Кстати, о Гудини. Должно быть, этот парень перегудинил самого Гудини.

По-моему, ты влюблен. Странно, женщины от любви хорошеют, а мужчины выглядят, как больные овцы.

"Я видела все ваши картины. По-моему, они чудесны".
Его это позабавило. "А кто сказал, что вы разбираетесь в живописи и можете судить? Я не верю, что вы в этом что-то соображаете".
"Может быть, и нет, – ответила я. – Но они все равно изумительные".
Он ухмыльнулся. "Не будьте восторженной дурочкой".
"Я не такая. Хочу, чтобы вы меня написали".
"Если вы хоть что-то соображаете, то должны понять – я не пишу портреты хорошеньких женщин".

Вопли давай оставим напоследок.

Обидно, когда тебя отчаянно стараются убрать, потому что думают, что ты что-то знаешь, а ты и сам при этом не знаешь, что ты такого знаешь.

Я подошел и заговорил с ней. Негромко.

"Будь ты проклята, - сказал я. - Ты убила моего лучшего друга".

Каролина вздрогнула и отпрянула. "Нет... о нет... он... он сделал это сам", - пробормотала она.

Я посмотрел ей в глаза. "Можешь рассказать это полиции".

Она так и сделала - рассказала; но ей не поверили.

Есть у него этот досадный пунктик - пристрастие к деталям.

Глаза — это другое дело. Но — дантист!.. Представь, если он решит тебя поцеловать, тебе будет казаться, что он вот-вот скажет: «Откройте, пожалуйста, немного пошире!»