Если вы хотите, чтобы я замолчал, говорите сами.

Каждый из нас заслуживает своего преступника.

- Не забывайте: я прошу вас убить меня не просто так, а потому, что меня мучает чувство вины.

• Если бы это было так, вы бы не хвастались своим преступлением. Угрызения совести усугубляют вину.
• Вы цитируете Спинозу!
• Не только вы читаете книги, месье.
• А я не люблю Спинозу!
• Ну конечно. А я очень люблю.
• Я вам приказываю: убейте меня!
• Я не могу вас убить только за то, что вы не любите Спинозу.

- Что это за жизнь, если даже на кладбище нельзя оттянуться?

Почему,вы думаете,я решил воздействовать именно на ваш слух?Не только потому,что при этом я не нарушаю никаких законов.Из всех органов чувств слух наименее защищен.У глаз есть веки.От скверного запаха можно спастись,надолго зажав нос,и это совсем не больно.От дрянной пищи спасает воздержание,что только идет на пользу.От неприятных прикосновений защищает закон:если кто-то притронулся к вам против вашей воли,вы вправе вызвать полицию.Самый слабый и незащищенный орган у человека-это слух,его уши.

– Я, как и в юности, страдаю от тяжкого сознания вины.
– Вины за что?
– Неужели вы полагаете, что людям, заболевающим комплексом вины, для этого требуется серьезный предлог?

Три кошки испуганно наблюдали, как их обед исчезает в моем желудке. Но я испытал куда более сильное потрясение, чем они: я понял, что ничем не отличаюсь от кошек. Я сознавал, что набросился на кошачий корм не по своей воле — меня заставила это сделать какая-то враждебная мне сила. В итоге я съел всю миску, до последней крошки. Кошачье семейство осталось в тот день голодным. Свидетелями моего падения были только кошки.

— Я сказал ей: «Потому что люблю вас». Тут ее чуть не стошнило.

— Меня не удивляет, что у такого сумасшедшего, как вы, нет сексуальной жизни.
— И мое воздержание не кажется вам романтичным?

Не буду описывать ее внешность: даже если я скажу, что у нее были каштановые волосы и голубые глаза (а это было именно так), это мало что даст. Какой смысл подробно расписывать в романах портрет героини, не забывая ни одной детали, словно это что-то добавляет! А если бы у нее были белокурые волосы и карие глаза, что бы это изменило? Описывать красоту такого лица столь же бессмысленно, как и пытаться словами передать звучание сонаты или кантаты.

-я хотел,чтобы она получила удовлетворение.Мне, как и любому возлюбленному,хотелось только одного:взаимности.
-в этом случае было бы более логично настаивать,чтобы она вас изнасиловала.
-конечно.Но она не хотела.В этом смысле тут все было безнадежно.Поэтому в качестве сублимации я добивался,чтобы она меня убила.
-как будто секс и смерть-это одно и то же.Какая нелепая мысль!
-но помимо меня так думают и знаменитые ученые.
-самое ужасное,когда умничает сумасшедший.

Если бы у людей была хорошая память, они свободно обсуждали проблемы, кажущиеся им недоступными.

Косметика - это не пудра и румяна, а наука о мировом, система нравственных законов, определяющая порядок вещей в мире.

— Что это за жизнь, если даже на кладбище нельзя оттянуться?
— Да, сударь, сплошные неудобства.

Вас мучает чувство вины за то, что вы наелись кошачьего корма, а насилие не вызывает у вас никаких угрызений совести?

— Прежде всего, вы не так уж здоровы. Вы прекрасно знаете, что изнутри вас что-то точит. Вот почему вам необходимо заболеть. У Паскаля есть текст, которому он дал великолепный заголовок: «Молитва о том, чтобы болезни приносили пользу». Болезни и в самом деле могут приносить пользу. Вот почему вам надлежит заболеть. И я здесь для того, чтобы одарить вас этой милостью.

Он пригладил волосы ладонью. Правила игры требовали, чтобы он предстал перед своей жертвой в приличном виде.