Сначала я где-то здесь, на просторах лайв.либ, прочла о финале премии «Большая книга». Захотелось узнать, что у нас сейчас творится в литературе, почитать каких-нибудь новых авторов и, кто знает, найти что-то стоящее. Здесь: https://www.kp.ru/daily/bigbook/ можно полистать творения всех финалистов (читать в таком формате мне лично было неудобно, но вполне достаточно, чтобы ознакомиться и решить, хочется ли читать дальше). Выбрала для себя несколько книг и одной из них стала «Асистолия».
Первые 20 страниц я мучительно продиралась сквозь предложения, путалась в деепричастных оборотах, ругала громоздкий язык автора и недоумевала: и что только меня изначально привлекло. А потом сама не заметила, как привыкла к манере письма. Ничто больше не коробило и не сбивало воображение с толку, перед глазами четко стали вырисовываться картинки.
Но картинки совершенно безрадостные. Очень, очень-очень давно не приходилось мне читать что-то настолько темное. Могу сравнить разве что с Леонидом Андреевым. Книга – описание жизни художника, жизни, в которой нет ни лучика света, ни капли веселья, ни толики надежды. И оттого, что автор талантлив, так жутко получилось, такое она сильное впечатление производит, что трудно потом отделаться от невольно навязанного тебе видения мира. Хочется стряхнуть с себя, прогнать, как дурной сон. Нет-нет, это не про меня, не про нас, слава Богу.
Олег Павлов, автор, говорит в интервью, что дает в «Асистолии» один единственный ответ, один единственный путь спасения и путь этот – любовь, но у меня о любви и мысли не возникало. Наоборот, книга шепчет нам, что нет никакого пути и никакого спасения. Абсолютная, абсолютнейшая бессмысленность бытия. И особенно пугает, видимо, то, что это не просто страшная сказка, а самая правдивая правда.
Гораздо лучше об «Асистолии» на страничке, посвященной роману. Тут собраны и мнения критиков (как положительные и отрицательные), и интервью с автором, и сам роман в формате пдф. Интервью, кстати, довольно интересные. Особенно вот это и это.
Вот еще важный кусочек, в котором есть ответ, если хочется спросить автора «почему и зачем?». Из интервью «Книжному обозрению»:
Однажды вы сказали, что верите в любовь, как самое естественное, понятное и открытое чувство из всех существующих. Может ли случится, что когда-нибудь вы напишете книгу о любви, но в совершенно другом, не свойственном вам сейчас, стиле? Скажем, такую светлую и нежную, романтичную, как это высказывание?
Простите, но это даже не вопрос… Это ваше утверждение, что я написал что-то тёмное и грубое. Понимаете, обратитесь в таком случае к самой себе – задайте себе вопрос, что и для чего вы читаете… Но оставьте право выбора для других. Я люблю Бергмана, Тарковского, Кислёвского – они мне близки. И не представляю, допустим, чтобы Тарковский снял не свой фильм, а какой-то себе чужой, романтический. Художник – это не обслуга. И искусство существует не для того, чтобы делать всем только приятное. Тогда сходите в баню или в ресторан… Искусство многое даёт почувствовать через боль, потому что оно бессмысленно без переживаний таких. Боитесь её пережить – не читайте моих книг.
15 понравилось
