«Всю жизнь я писала в надежде, что когда-нибудь через печатное слово найду любовь, обрету настоящего друга, двойника. Книги выходят в свет и переходят из рук в руки загадочнейшим образом: почему-то всегда получается, что книга попадает к человеку именно в тот момент, когда он больше всего нуждается в ней.»
Именно так случилось и со мной. Подумать только всю жизнь я избегала книг с подобными обложками, как оказалось, совершая непростительную ошибку – кто знает, сколько хороших книг так прошло мимо меня. Этак книга, как и ее начало "Боязнь полетов" «Страх полета. Как спасти свою жизнь (сборник)» Эрика Джонг выходят далеко за рамки романа о любви, хотя, конечно, это роман о любви и ее поисках. Секса здесь меньше, чем в первой книге, зато он еще более шокирующ для традиционалистов и поборников морали (есть сцены лесбийской любви - «Если мужчины — это вопрос, так, возможно, женщины — это ответ?» и даже небольшая оргия), но, как и в первой книге, все это лишь средство познания, что же все таки нужно женщине для счастья. Изадора Винг (Айседора Уинг в другом переводе) преодолела свой страх полета и писательства, но она все еще живет со своим холодным, но удобным мужем, который «позволяет ей писать». Она издала книгу, которая потрясла Америку своей откровенностью - «Цель моего творчества — настолько сократить дистанцию между писателем и читателем, чтобы книга стала чувствительной мембраной, через которую свободно проходили бы мысли, чувства и даже жизненные соки», но слава не принесла ей того удовлетворения, на которое она рассчитывала – «Теперь мне открылась обратная сторона кривого зеркала славы. Мне удалось наконец войти в комнату, куда допускаются лишь избранные. Оставаясь снаружи, уверен, что она несказанно красива, пышно убрана и обладает волшебными свойствами. Но попав внутрь, обнаруживаешь, что это всего-навсего зеркальный зал, и видишь бесконечно отраженного и искаженного зеркалами — себя, себя, себя.» Многие увидели в ее романе лишь порнографию и распущенность - «Они не умеют иначе выражать свои мысли, но имеют в виду следующее: «Мы потрясены. Вы затронули самые потаенные струны души, но поскольку мы не решаемся назвать это душой, мы называем это пенисом». Очень много в этой книге размышлений о творчестве и плате за него. Многие думают, что если человек написал резонансную книгу, то он (или она) знает какие-то ответы. «К основательнице новой религии. К целительнице. К той, что вышла замуж за миллионера. Или основала собственный журнал. Вот кто знает жизнь, но только не писатели. Нам платят за нашу боль. За ночные кошмары. За то, что кидаемся от пишущей машинки в кухню, где варим очередную порцию кофе и между прочим отмечаем про себя, что неплохо как-нибудь вымыть там пол, а потом покорно бредем обратно. Мы сходим с ума от вечного одиночества и считаем, что издатели грабят нас, а читатели нам слишком докучают. Мы получаем пачки каких-то бессвязных писем, среди которых попадается одна злобная анонимка, и запоминаем из всех только ее. Мы так много времени проводим одни, что начинаем разговаривать сами с собой и у нас появляются навязчивые идеи вроде сексуальных извращений, жажды славы или фантастических планов предпринимательства. Нам не хватает любви, мы изголодались по сексу, но когда получаем все сполна, стараемся поскорее от этого избавиться, чтобы не мешало писать. Несчастье — наша стихия. Мы начинаем верить, что не можем существовать вне ее.» Так может ли обрести счастье писательница? Или, возможно, самоубийство, или одиночество, или вечные страдания – это удел всех писательниц и нужно смириться? Изадора не хочет с этим мириться. Но любовники и друзья не могут больше заполнить ее жизнь, она чувствует какую-то пустоту в сердце, мечется, страдает, совершает ошибки. Может быть лучше вообще забить на секс? «Проклятый секс. Если бы можно было изгнать его из организма! Без секса было бы так легко найти человека, с которым приятно жить. Секс — это джокер, хитростью проникший в высоконравственную и добропорядочную со всех сторон карточную колоду.» Но для женщины с таким уровнем темперамента подобное конечно же невозможно. И что же делать со своим браком, нужен ли вообще современной женщине муж? «Да и зачем он вообще нужен мне? Чтобы я могла говорить: «мой муж». Чтобы у меня был свой номинальный монарх, вроде английской королевы? Чтобы мне легче было под маской добропорядочности скрыть свой бунтарский дух? Чтобы лелеять иллюзию, будто я нахожусь под защитой мужчины?» «Мой муж. Какое в этой фразе разлито безмятежное спокойствие! Почти как в словах «В Бога мы веруем!» или «Гуд хаускипинг» гарантирует». Что же за волшебная сила таится в словосочетании «мой муж»? Это некий символ, одобрение и подтверждение того, что ты настоящая женщина. Своего рода софизм: «Посмотрите, у меня есть мужчина, значит, я женщина». Может быть жить одной лучше? Но - «И наша свобода — это иллюзия. На самом деле мы не свободны — мы просто безразличны друг другу. Любовь предполагает потерю свободы, которая не воспринимается как потеря, потому что взамен приобретаешь то, что во сто крат ценнее и лучше.» Но в конце ей все же удается найти «своего» мужчину. Концовка правда оставляет сомнения, что и это надолго, но урок из книги и собственно рецепт «спасения» в том, чтобы жить и любить, чем бы это ни закончилось. Потому что «кажется, что мы обеспечиваем себе безопасность нашим рабством. Мы все-таки уходим, но десяток лет спустя, оставляя им все движимое и недвижимое имущество и только теперь понимая, какое счастье — избавиться от их тирании навсегда. Мы, наконец, сознаем, как дорого стоит свобода, а безопасности просто в природе нет», чтобы признать это нужно мужество и открытая душа. «Многие считают, что цинизм требует мужества. На самом деле, цинизм — это верх трусости. Невинность и широта души — вот для чего мужество поистине необходимо: ведь нас чаще всего оскорбляют в наших лучших чувствах.»
17 понравилось
