Писатель и самоубийство. Том 2. Энциклопедия литературицида

Читала я издание, которое, к сожалению, не нашла на Ливлибе. Поняла, что оно более сжатое, чем "Писатель и самоубийство". По сути, просто справочник по различным писателям-поэтам-философам, которые закончили свою жизнь добровольно. Не могу говорить о научной пользе этого труда, скорее, он просто был любопытен: вы можете узнать о писателях, о которых раньше и не слышали. О некоторых я слышала, но не знала, что они покончили с собой. Некоторая лаконичность, умение выбрать запоминающиеся детали из богатых биографий - это плюс книги. Минус - явная тенденциозность и антикоммунистическая направленность. Автор не смог сохранить нужный нейтралитет при толковании фактов, чтобы этот труд счёлся действительно научным или хотя бы научно-популярным.

"Дадзай-сан, несчастный малодушный кретин, зачем вы совершили такой идиотский поступок?" - вопрошает писатель Танака Хидэмицу, а спустя год и сам повторяет судьбу сэнсэя Дадзая Осаму.

Возникли, на мой взгляд, и неточности с отнесением того или иного деятеля к самоубийцам. Скажем, если человеку приказали совершить суицид (обычно в Древнем Риме правители давали опальному "выбор"), то это попросту убийство. И странно говорить, что человек мог отказаться. Очевидно, что в тех реалиях не мог. Тот же Сенека так вообще прибег к помощи слуг. А вот с включением, например, Зигмунда Фрейда я более чем согласна. Хотя с точки зрения нашего общества, его друг Макс Шур, сделавший "отцу психоанализа" по его просьбе смертельный укол, - убийца.

Книга, конечно, имеет место быть. Систематизация писателей по кончине - с одной стороны, помогает изменить ракурс восприятия, но с другой - ставит итог жизни как бы на первое место. Главное, чем ты закончил, а не то, чем жил. По такой логике можно уравнять растлителя и убийцу с праведником и меценатом - ведь оба в конце концов умрут. Об этом следует помнить при прочтении.

Но о главном книга, конечно, заставляет задуматься. К сожалению, с собой в мире кончает катастрофически много людей. А биографии известных личностей могут дать богатый материал на тему причин и создать иллюзию (а вдруг - нет?) возможности предотвратить беду и увидеть тот самый поворотный момент, чтобы спасти человека. Хотя сомневаюсь, что автор энциклопедии задавался такой глобальной целью. Но вот на какие мысли меня навёл:

Это то, что самоубийц можно разделить сразу на несколько кардинально отличных друг от друга категорий. И отождествлять людей из разных будет попросту неуместно. Будут и пересечения*. Даже поведение людей (та краткая справка, что дана о жизни, а не о смерти, это подтверждает) на протяжении жизни отличалось в зависимости от категории.

Вот какие выделила лично я: 1) люди, испытывающие физические страдания при болезнях. Просто когда тебя преследует перманентная нестерпимая боль, задумаешься о её прекращении. Если нет современных лекарств, остаётся либо терпеть её оставшуюся жизнь либо прекратить страдания. Сюда же я бы отнесла людей, знающих что скоро умрут, так как больны неизлечимой болезнью. Такие люди, кстати, отличались большим оптимизмом, экстраверсией, любовью к жизни. И тяги к несвоевременному уходу из жизни у них изначально не наблюдалось. ** Наверно, отнесу сюда и малодушных людей, которые только подозревают у себя болезнь и заранее страшатся страданий (Майрхофер, боявшийся заразиться холерой и по иронии умерший в мучениях, неудачно выбросившись из окна; или австрийский драматург Раймунд, которого укусила собака и он подозревал у той бешенство);

2) люди с психическими заболеваниями (типа Всеволода Гаршина). Тут тоже всё понятно. Конечно, на психическое состояние могут влиять и внешние причины, но сюда я отношу именно сбои в голове человека. Тут сложно что-то поделать (особенно если говорить про ХIX век). Или как-то его осуждать.

3) Вот сюда я бы выделила психическую нестабильность, депрессию, вызванные внешними причинами (смерть близкого, крушение идеалов, невозможность приспособиться к новым условиям жизни в стране, как было с Юлией Друниной и т. д.). Думаю, что есть люди, изначально более чувствительные и подверженные кризису, и внешние причины могут их сломить быстрее. Но бывает, что и сильные духом не выдерживают давления. О предрасположенности, по-моему, здесь сложно говорить. Это уже к специалистам;

4) сюда попали вызывающие наименьшее сочувствие. Боготворящие суицид, "не такие как все", выдвигающие теории о возрасте, после которого "жить неприлично" (z. B. Шпаликов), "логические самоубийцы" по Достоевскому, и те, кого я бы обозначила как "с жиру бесятся". Они живут какую-то излишне романтическую, оторванную от реальности жизнь. И их же часто романтизируют остальные. Конечно, лично я уверена, что и у этих с головой не всё ладно, но всё-таки явных отклонений, как во второй группе, не замечено. Просто на протяжении всей жизни они пестуют в себе меланхолию и ищут любые подтверждения бессмысленности существования;

5) культурные явления, когда само общество, государство с детства приучает человека, что самоубийство - это норма. Это, конечно же, японское общество с традицией харакири и синдзю (двойное самоубийство): и они ещё удивляются повальным самоубийствам в своей стране в настоящее время, когда эту традицию пестовали веками?! Это греческие стоики (Демокрит, Антипатр Тарсийский, Хрисипп), считающие, что жить старым и немощным - это обуза. Это традиции римских, китайских итд правителей приказывать подданным совершать суицид (хотя, как по мне, это чистой воды убийство). Это самоубийство чести (давайте откровенно, и у русских офицеров в XIX веке было принято кончать с собой, если опозорился, растратив средства полка итд.).

Вот такие условные, понятное дело, категории. Кто-то с ними может не согласиться, да и я сама признаю, что каких-то авторов сложно отнести к той или иной. Но бежать от этой важной темы или запрещать её точно не надо.

*Григорий Чхартишвили признан в России иностранным агентом, а также внесён в реестр террористов и экстремистов

Отнесусь осторожно-"нейтрально". Проделан "труд собирательства" немалый. Но "звездочка"-понравилось- выглядит все-же странновато. Из достоинств литературных- запоминающийся лаконизм :-Демокрит.."понюхал горячие лепешки,что продлило жизнь на три дня";Буссенар -"заморил себя голодом,отослав друзьям приглашения на похороны"; Дадзай Осаму- "...собирался умереть,но подарили кимоно....подожду до лета";К.Кариотакис-"..не советую топиться тем,кто умеет плавать"; Кусака Еко(Кавасаки Сумико)- "...Прослушав 4 симфонию Брамса, решила, что Касуки Еко больше жить не будет". Из недостатков: вряд ли стоит начинать характеристику Сергея Есенина со строк: "Прожил короткую,беспутную жизнь; много пил,дебоширил,водил дружбу с отбросами общества и чекистским начальством". Автор же не торопится утверждать, что пьющие и водящие дружбу "с отбросами общества" зачисленные в тот же мартиролог Яна Дягилева , Турбина Ника и Александр Башлачев, кубинец Аренас или американец Ривз Маккаллерс и многие прочие-прожили "беспутную"жизнь? Не нужно ДИКТОВАТЬ . А если бы Есенин "водил дружбу" не с начальством, а с простыми чекистами? Впрочем, тема подхвачена даже "Медицинской газетой"(туда ей и дорога-Теме): № 41 от 5 июня 2009г.;

P.S. "Суицид как принцип жизни"... Мартиролог японских литераторов-суицидентов всего за 100-летний период выглядит весьма впечатляюще. Вероятно, можно упрекнуть автора в некоторой тенденциозности выбора имен и судеб, но тот факт, что трое из наиболее известных европейцу японских литераторов - Р.Акутагава, Я.Кавабата и Ю.Мисима совершили суицид, неоспорим и в какой-то степени показателен... Не ищите патологию там,где ее нет ....Драматическим (для европейца) флером непреложной смерти проникнуто всё бытие японцев. Даже обыкновенное «извините» («сумимасэн») с японского языка переводится буквально как «мне нет прощения», и эта коннотация все-таки стоит гораздо ближе к суициду, чем наше «простите», лишенное такого драматизма.