White Cat

Как сложно быть хорошим человеком, когда точно знаешь, что ты плохой.

Трудно доверять тому, кто однажды сделал тебе больно, трудно вновь полюбить. Но ведь хочется. Иногда даже думаю: чем больнее было, тем сильнее хочется.

Простачки всегда забывают: если все слишком хорошо, чтобы быть правдой,— значит, тебя надули.

Память — ненадежная штука. Ее искажают наши представления о мире, предрассудки. Свидетели преступления редко вспоминают одно и то же. Они часто опознают на следствии не тех людей, рассказывают о событиях, которые никогда не случались. Память — ненадежная штука. А моя память?

Любая дружба — это союз, союз в поисках выгоды.

— Иногда я совершенно не понимаю, врешь ты или нет.
— А я никогда не вру. — Вот опять соврал.

Может, когда дружишь, не надо высчитывать, кто кому должен; может, дружба — это совсем другое.

Хороший мошенник должен быть умнее всех, не упустить ни одной мелочи, твердо верить, что все сойдет с рук. Только тогда он и вправду хороший мошенник.

Боль — лучший учитель.

Память — ненадежная штука. Ее искажают наши представления о мире, предрассудки.
Глава шестая

Трудно доверять тому, кто однажды сделал тебе больно, трудно вновь полюбить. Но ведь хочется.

Лучше всего получается врать, когда и сам бы рад поверить в собственную ложь.

Люди любят помогать другим, особенно если им это выгодно.

Не могу доверять людям, даже близким. Боюсь, что сделают больно. Да и в себе не уверен — я, может, и сам вполне способен им навредить.

Рожица смазливая, а самого чёрта обдурит.

В нашей семье считают: нельзя показывать простачкам уязвимые места. А простачки — это все, кто не из нашей семьи.

Держи друзей близко к себе, а врагов — еще ближе.

Работа мошенника немного напоминает работу фокусника — надо перенаправить всеобщее внимание. Зрители, затаив дыхание, наблюдают, как волшебник вытаскивает из шляпы кролика, а на самом деле он в это время распиливает надвое ассистентку. Один трюк вместо другого, а вы и не заметили.

— Потому что ты романтик. С парнями всегда так. Нет, правда. А девчонки — прагматики.

Во вранье всегда лучше подмешивать как можно больше правды.