Черный обелиск

Сомнение - оборотная сторона веры.

Женщина, которую пожелал другой мужчина, пусть это всего-навсего распутный гробовщик, тут же становится нам дороже. Так уж водится, что на человека гораздо больше влияют относительные ценности, чем абсолютные.

- Каждый приличный человек в моем возрасте непременно страдает мировой скорбью. Это право молодости!

• А я думал, что у тебя молодость украли, когда ты был в армии.
• Верно. С тех пор я ищу ее и не могу найти. Поэтому у меня двойная мировая скорбь. Так же как ампутированная нога, она болит вдвое сильнее.

- Все, что у нас есть - это красивые слова.

Устала я, и устала от своей усталости.

- ... Поэтому мы войну и проиграли! Во всем виноваты наша расхлябанная интеллигенция и евреи.

• И велосипедисты, - добавляет Ризенфельд.
• При чем тут велосипедисты? - в свою очередь удивляется Генрих.
• А при чем тут евреи? - отвечает вопросом на вопрос Ризенфельд.

Где ложь и где правда, знает только Бог. Но если он Бог, то не может существовать ни лжи, ни правды. Тогда все - Бог. Лживым может быть только то, что вне его. Если же существовало бы что-нибудь вне его или противоположное ему, он был бы только ограниченным богом. А ограниченный бог - не бог. Значит, или все правда, или бога нет.

«Мне начинает казаться, что с истиной о смысле жизни дело обстоит примерно так же, как с жидкостями для ращения волос: каждая фирма превозносит свою как единственную и совершенную, а голова Георга Кроля, хотя он их все перепробовал, остаётся лысой, и ему следовало это знать с самого начала. Если бы существовала жидкость, от которой волосы бы действительно росли, то ею одной люди и пользовались бы, а изобретатели всех других давно бы обанкротились».

- Всякое обобщение - признак легкомыслия.

"Нападай на противника в ту минуту, когда он считает, что уже победил, и в том месте, где он меньше всего ожидает нападения".