Миссис Томпсон положила мне на колено, и на меня едва уловимо повеяло одеколоном.

Дорогие автомобили небрежно оставленные у шоссе, словно этот квартал, кичась своим богатством, разбросал их где придется, как ненужный хлам, и, наконец, этот ветер, который долетал сюда с вересковых пустошей и лесов, раскинувшихся где-то там за горизонтом.

Мне предстояло вступить в новый мир, и первые краткие впечатления, уже полученные мною от этого нового мира, наполняли меня радостным волнением.

Я мысленно поздравил себя с удачей.

Это был испытующий взгляд, но он не вызывал смущения. Он был так же холоден, сух и вместе с тем так же тверд и дружелюбен, как и ее рукопожатие, и мне показалось, что я с честью выдержал какое-то испытание7

… настоящий лабиринт маленьких улочек…

Ее рука, сухая и прохладная, ответила мне крепким пожатием.

Я не берусь утверждать, что я мертв, - нет, просто я уже начинаю понемножку умирать, вернее ощущать.

...каждый из нас ощущает только себя.

...есть вещи, которые можно купить только за слишком дорогую цену.

Когда человек молод, он всегда получает то, что хочет: весь мир словно сговаривается исполнять его желания…

Я уже достаточно зрелый человек, чтобы перестать гоняться за призраками, я сумею насладиться Нынешним днем в его истинном свете, не испорченном радужными переливами глупой мечты.

Она была тем шиллингом, который ставишь в тотализаторе на выбранную наугад лошадь, не имея ни малейшей надежды выиграть.

Я не хочу снова стать одним из тех, кого вижу за окнами «кадиллака», я не хотел бы даже оказаться настолько глупым или слабым, чтобы позволить себе замешкаться среди этих изнуренных работой, враждебных лиц и впустить к себе ветер, и дождь, и запах поражения. Но порой мне хотелось бы этого хотеть.

Ты этого не можешь понять, не правда ли? Ты очень много кричишь о том, что выбился из низов, но ты никогда не голодал.

Ты – стандартный тип: благовоспитанный молодой человек, который любит немножко позабавиться, но точно знает, что дозволено и что – нет. Я даю тебе эти маленькие развлечения, я- кусочек сладкого пирога, который можно стащить с блюда, рассчитывая, что его никто не хватится… Какая же ты самодовольная лицемерная свинья!

Снаружи все выглядит так пристойно, надежно, уютно. Все люди такие воспитанные, такие деликатные, милые… А что кроется за этим? Насилие и смерть. И все, кто там был, видели то, от чего нормальный человек, казалось бы, должен сойти с ума. Однако внешне это не оставило на них никакого отпечатка. А в сущности – у всех руки в крови…