Но благодаря Дэвиду Боуи произошел перелом, мы покатались вместе, записали альбом «The Idiot». Он разъезжал по всему миру и работал в условиях гораздо большей жесткости и требовательности, чем я привык. И я как–то внутренне освободился, то есть не то чтобы я раньше был не свободен, но это было новое ощущение. Перестал зависеть от наркотиков, от необходимости впадать в спячку каждый раз, как только случается неприятность, от валиума и прочих снотворных. Учтите, мои слабости никуда не делись. Я не собираюсь тут публично в них ковыряться, но факт тот, что тогда я впервые смог преодолеть зависимость.
Однажды во Франции, в Шато Д'Эрувиль под Парижем мы играли в пинг–понг. Я никогда в жизни не умел играть в пинг–понг. Дэвид говорит: «Пошли сразимся». — «Да я не умею». Тем не менее мы сыграли, и в тот день у меня получилось. Я говорю: «Удивительно, я же никогда не умел в это играть, а тут получается». Он говорит: «Ну, Джим, дело, наверное, в том, что ты стал лучше к себе относиться». Очень деликатно сказал, обычно ведь никто не хочет показаться учителем, ментором — понятно, да? Очень деликатно это было сказано. Я подумал: какой хороший ответ. На третий раз я выиграл, и больше мы не играли. Я в самом деле быстро научился.
Читать далее