Высоко в небеса. 100 рассказов

Умел Брэдбери поставить проблему, создав её почти что на пустом месте. И вот так - из ничего - появляется настолько глобальная задача, что, кажется, на обсуждение её понадобилось бы ни одно ток-шоу, была бы сломана куча копий, а спорщики, скорее всего, так и остались бы каждый при своем мнении.

Вопрос же поставленный автором, крайне прост - плоды научно-промышленного прогресса - это хорошо или плохо? Стоит каждое открытие развивать и внедрять или наоборот - запрещать, а изобретателям рубить их слишком умные головы. Звучит дико, но именно так и поступает китайский император Юань, когда один из подданных Поднебесной изобретает и строит из тростника и бумаги летальную машину.

Слуга императора видит в этом явлении чудо, но у императора Юаня другое понимание чуда, он чудом считает восхитительный воздух, приятный устам чай, дивное раннее утро, император, как истинный восточный человек умеет находить прекрасное в простом. По большому счету между слугой и императором происходит извечный спор физиков и лириков, одним для ощущения чуда нужно новое открытие, другим достаточно полного чувственного восприятия привычного и знакомого.

А кроме того, император настолько мудр, что изначально в безвинном и дарящем сегодня радость изобретении, он сумел рассмотреть таящуюся опасность использования изобретения в недобрых целях, другими словами - в целях военных. Он узрел разрушительный потенциал, который таился в невинном изобретении.

Надо сказать, что император Юань был необычайно миролюбивым человеком, другой правитель государства сам бы постарался направить новое изобретение на военные нужды, и у того - кровожадного правителя - изобретатель был бы одарен и обласкан, а вот истинный миротворец приказал его казнить - смерть одного стоит жизней тысяч и миллионов - так рассудил мудрый китайский император.

Так выходит император прав? Простота такого ответа лежит на поверхности, вроде бы и можно принять такую точку зрения, но, если хотя бы немного задуматься поглубже, то начинаешь понимать, что император был на самом деле глуп, потому что прогресс затормозить невозможно, и то, что сегодня открылось одному, завтра станет доступно сотням, а послезавтра - тысячам. Поэтому не запрещать и казнить нужно, а наоборот еще больше стимулировать научную мысль, чтобы наравне с агрессивными технологиями разрабатывались и технологии по защите от оных.

И все же - минус на минус даёт плюс - открытие подданного Поднебесной опередило свое время, и император понимал, что это открытие идет не в русле общей научной мысли современности, а на порядок её опережает, поэтому в ближайшем будущем разработать эффективные методы защиты от агрессивного применения изобретения не удастся, следовательно, риски для цивилизации заметно превышают мнимую выгоду. И тогда император принимает жестокое и непопулярное решение. Мы - простые нормальные люди, учитывая все перечисленные факторы, можем понять и оправдать логику китайского императора, но системные либералы - никогда, для них нет исторически обусловленных обстоятельств, для них всегда существует только сегодняшний день.

Рассказ произвел впечатление. Есть трогающие за душу детали, но основную сюжетную линию опущу, чтобы не спойлерить. По этой же причине не буду объяснять, почему рассказ был так назван автором, известным писателем-фантастом.

Написан текст в 1952 году - послевоенное время, когда уже изобрели ядерное оружие и его имели как минимум две сверхдержавы - США и СССР. Понятны в этой связи и причины, почему так был выстроен сюжет рассказа.

Собственно, канва сюжета этого апокалиптического повествования - мир, переживший ядерную войну. На остатках цивилизации возобладала атмосфера повального луддизма, провозглашенного практически официальной ненависти к прежней цивилизации, обвиняемой выжившими в том горе, которое она принесла людям. Самые сильные эмоции у людей вызывают её остатки. Власти, наверное в том числе и чтобы снять с себя ответственность за то, что они особо не пытаются никак далее улучшать и восстанавливать хотя бы частично прежний жизненный уклад, что в сложившихся условиях постядерного апокалипсиса было весьма затруднительно, предпочитают поощрять это человеческое настроение - обвинять прошлое во всех своих нынешних бедах. Для чего регулярно властями устраиваются массовые полустихийные аутодафе, направленные на уничтожение остатков цивилизации - машин, механизмов, предметов искусства и т.д.

Люди впадали при этом с состояние массового психоза, "отводили душу", впадая в плохо контролируемое исступление... В общем, на этом фоне возникает и серьезное отклонение от этой нормы, описание которого и составляет суть самого рассказа.

Можно сказать, что рассказ служит хорошим предостережением для современных политиков. Пытающимся нередко заработать на околовоенной риторике политические очки. К чему же могут в итоге привести все эти небезобидные игры. Но предостережения, к сожалению, далеко не всегда бывают услышанными...

Конечно, рассказ очень пессимистичный, что само по себе мне тоже не очень нравится...

Древняя старушка уже долгое время скрывается от смерти, забаррикадировавшись в собственном доме, куда даже микробы не могут пробраться. Она, вероятно, и не помнит, когда началось её добровольное затворничество. Ничто не может выманить старушку из лишённого света убежища. Хозяйка печального дома отказалась от обычных радостей, которые, как правило, может позволить себе каждый. Ну, если только не случится эпидемия какого-нибудь вредного вируса. Старушка уже много лет не ощущала нежного прикосновения летнего ветерка, не вдыхала аромата цветов, не наслаждалась солнечным теплом. Она только ждала, ждала и была постоянно настороже, пытаясь отгадать, какое обличье примет смерть… и, видимо, не забывала слова известного литературного героя о том, что «человек не просто смертен, а иногда внезапно смертен». Однажды к двери дома старенькой женщины подходит юноша, который не отбрасывает тени. Он не похож на мрачный образ, обычно всплывающий в воображении при соответствующих обстоятельствах.

Костюм на нём был белый как снег, что зимой, шурша, сползает с крыши и ложится складками на спящую землю. И не на автомобиле он приехал, пешим ходом долгий путь проделал, а всё же остался с виду свежий и чистенький.

Юноша, готовый к переговорам, предлагает хозяйке магический флакон, который, если она покинет своё многолетнее убежище, позволит ей перенестись в прошлое, во времена далёкой юности, и наполнить этот день из прошлого новыми счастливыми мгновениями. Старушка колеблется, но соблазн отпить из флакона велик.

– Да я с этого тотчас ноги протяну… вот чего ты хочешь! – Вы с этого из мертвых восстанете. – Так я же не мертвая! Юноша улыбнулся. – Разве? – сказал он. – Погоди! Дай спросить. Ты умерла? Умерла ты? Да и жила ли ты вообще?

Женщина так долго боролась со страхом, сначала со страхом перед лицом жизни, потом со страхом перед рано или поздно неизбежной смертью. И вот теперь появляется возможность с честью выйти из ситуации...

Думаю, необязательно ждать «даров смерти», чтобы пригубить из такого флакона с разноцветными мыслями. Впечатления от пережитого, преломляясь и переплетаясь, не исчезают без следа, а хранятся в уголках нашей памяти. Порой какое-то незначительное, на первый взгляд, событие - услышанная мелодия, вкус пирожного (мадленки Пруста чудесно выразили этот механизм человеческой памяти), строчка из давно прочитанной книги - вызывает одно из воспоминаний, хранящихся в нашем воображаемом флаконе. И реконструкция из нашего прошлого отнюдь не будет строго идентична первоисточнику. Воссоздаваемое в памяти событие заиграет новыми красками, получит дополнительные штрихи, а что-то будет упущено. Уже по этой причине мемуары - очень ненадёжный источник с точки зрения исторического исследования. Но мы отвлеклись... Разговаривая с юношей, старушка начинает жалеть об упущенных возможностях (что довольно бессмысленно, помимо всего прочего, из-за того, что наше «я» находится в постоянном развитии и мы не можем до конца понять себя из прошлого), о пустоте собственного существования и о своём страхе перед жизнью, перед людьми. Когда-то она не решилась сесть в поезд, направляющийся к неизведанным горизонтам, и так и осталась на перроне. Юноша предлагает ей движение вместо статики, смех вместо тишины, яркий свет взамен тусклости...

– Вам придется больше бегать, чем ходить, больше танцевать, чем бегать. Мы будем смотреть как звезды по небу колесом катятся, как заря занимается. На рассвете побродим по берегу озера. Мы съедим такой вкусный завтрак, какого ещё никто не едал, и проваляемся на песке до самого полудня.

Тот, кто олицетворяет смерть, предлагает жизнь, пусть и на короткий срок. Происходит своего рода инверсия, которая как бы стремится напомнить, что жизнь имеет особенный аромат и ценность потому, что она конечна, и потому, что мы осознаём эту конечность... Вспоминается притча о кольце и цветке. Одного мудреца спросили, что, по его мнению, прекраснее: золотое кольцо или недавно распустившийся цветок?

• Конечно, цветок! - ответил мудрец.

«Смерть и дева» - маленький рассказ, написанный в форме сказки или философской притчи - заставляет задуматься о смысле жизни и человеческом выборе. А это всегда интересно. Эдвард Мунк