Цитаты из книги Веган-Фрик

Освенцим начинается там, где кто-то смотрит на скотобойню и думает: они всего лишь животные.

Правое дело не должно делаться с миной страдальца.

Cкажи не «я не хочу», а «мне этого нельзя». Они подумают, что у тебя какая-то аллергия, и пускай. Печально осознавать, что люди более толерантны не к личному выбору человека, а к вынужденным решениям, но такова жизнь.

Мы живем в мире, где живых существ убивают, расчленяют и едят, считая это поведение нормальным образом жизни, а вот мучения животных на улице придурковатыми подростками — «неприемлемым». Как только в дело вступают наши капризы, мы воспринимаем побочные явления как традицию и естественный ход истории.

И в конце концов, если ты всю дорогу был терпелив, учтив и ненавязчив, а друзья по-прежнему гонят фуфло про твое веганство, быть может, пора найти новых.

Как-то раз Боб натянул одну из своих футболок с веганским посылом и пошел преподавать. Студентка в аудитории подняла руку и спросила: — Так вы — веган? И что же вы едите? Типа яблоки и прочее говнецо? — Да, — ответил Боб, — я ем яблоки три раза в сутки семь дней в неделю. Я в одиночку поддерживаю всю экономику штата Вашингтон. — Вы типа серьезно? — выдавила студентка, проглатывая язык. — Типа нет, — ответил Боб.

Один из самых удачных ответов, открытых нами, таков: «Это мой выбор, и, возможно, он не подойдет тебе, но мне так лучше. Если интересно, буду рад ответить на вопросы». Удивительно, но такая простая формулировка на поверку оказывается невероятно эффективной и даже обезоруживающей.

Можно многое сказать про то, как красиво встать из-за стола, показать всем «фак», перевернуть этот сраный стол и убежать с визгами «Убийцы!», ратуя за освобождение животных. Но стоит ли?..

Разумеется, нет на этой планете вегана, который хоть раз в жизни не наблюдал бы, как мясоед, нарочито паясничая, кладет кусок стейка себе в рот и начинает мычать в деланом экстазе от поедания мертвой плоти (вся ничтожность подобного поведения состоит в том, что каждый недоумок, делающий это, уверен, что он первый, кто до такого додумался).

Некоторые люди оспаривают права животных на том основании, что животные «иррациональны» или что они бессловесны, до тех пор пока не сталкиваются с аргументом о том, что дети имеют права, хотя они тоже вполне себе «иррациональны» и тоже в раннем возрасте не могут связать двух слов (иногда это затягивается). Способность говорить, равно как и способность отстаивать свои права, не означают, что для всех биологических видов, кроме людей, эти права не существуют.

Если ты раб и тебе вдруг дают большее по площади помещение, ты не перестаешь быть рабом. Том Риган пишет по этому поводу, что нам не нужны просторные клетки — нам нужны пустые.

Как создания, способные чувствовать, животные заслуживают возможности жить свободно без боли и угнетения. Они имеют право на то, чтобы к ним относились как к живым существам, а не как к вещам, и мы не можем подчинять других созданий своим целям просто потому, что они слабее нас. В человеческом обществе это называется рабством, и именно в рабстве пребывают сейчас животные.

Мы унаследовали мир, в котором живых существ убивают, расчленяют и едят, считая такие поступки нормой, а издевательства придурковатых подростков над животными на улице «неприемлемыми». Как только в дело вступают наши капризы, мы усматриваем в порочной практике традиции и естественный ход истории.

Безудержный нарциссизм общества потребления еще может простить веганство как проявление заботы о собственном здоровье. Скажи им, что хочешь сбросить пару кило или что у тебя высокий уровень холестерина, и они всецело поддержат твое решение, даже если будут думать, что это малость экстремально. Они, скорее всего, еще и примут твою сторону, сказав, что ты очень «храбрый» — потому что готов страдать, отказываясь от продуктов животного происхождения.