Громокипящий кубок

Серебро серебряное, северо-северянное, сиверо-сиреневое. Тавтология триолета, плеоназм века поэз (короткого - неземного!), поза и эпотаж, непрактичный ажурный фаберже, утончённый (уто`нченный) грезофарс, томный до ироничного самошаржа Пьеро. Сребропись - экстракт немодной куртуазности, опасной в начале 20-го аристократичности.

Слов о нем мне никогда не будет хватать: весенящиеся, июлящие, осенеющие сонеты, олазоренные и всёлазурящие газеллы с серебряными копытцами. Надо переходить на его язык, иначе нельзя о нем, он неотсюдошний, он там, где лунное сияние — это точно в небе льны, где ленно лани льняные лунно влюблены. Не слова - звукомысли, звукочувства, звукосмыслы, звукосвет и сребромир.

Грядущий день весенен, дивен, сиренен, птичен, солнчен, злат. Обезвопросненный поэт, обезответненный - озвенивает, эскизя, страсть, окольчивает, опетливает строфы, разлепесточивает быт, а потом ошедевривает, оперливает тлен - всё светосон, лунь, звонь, сонь да воль. Слова сапфирят, изумрудят, лоснятся, льнут к телу, а потом утренеют, бархатятся, осенеют, туманятся. Вокруг искристо и остро, лунятся лимоны и ананасы, златошампанье весело пузырит воздух, вдыхаешь огнестрелие, вспыхивает лазурь, померанцы, цветочь, мерцает луносон.

Строка то извивно рельсится, почти прозаично удлиннена, приходится перечитывать, шевелить губами, декламировать, перепевать на разный мотив, пугая метропопутчиков, чтобы уловить музыку, то она акварелится, мореет и лунится, то колокольчится летоветром, то молнится экспрессорифмами, дисгармонично-грохотливая - шокинг! - как нелепый, монстриозный, но уклюжий, парадоксально изысканный в горьких клубах дыма первый автомобиль.

В колокольчий волнуйный май поэт звонко опоцелуен, олазорен. Он, огневея, зарозовил веснушки девушкам - всем малышкам-миньёнам (сплошь хрупь да улыбь). Порвал линялую от лунь златоткань в свой грезовый, фантазийный гарем - без бракоцепи, конечно, без бракодрамы - пикантный, недостижимый, неземной не для земного, здесь звончатые богини-юнии, амазонки с дерзкими хлыстами (ах, шалунишка-поэт, любит ролевые игры!), девочки-корнеты, принцессы и утонченно-ненастоящие овееренные селянки... и навсегда врифмованная Мира Лохвицкая (верю, ты измучилась... надо онездешниться...).

Шмелит-пчелит виолончелью ветропросвист экспрессов, крылолет буеров. Да как же!.. Да ведь даже не золото!.. Серебро - недорогой металл, но изысканный: и муаровую герцогиню из ар-нуво олунит... и - перекрылье веков - девочке-готке, моей лесофее пойдет и в бровь, а в глаз-то уже налито оно - жидкое серебро дешевое, веснолёд... лютостынь... да томик лунодумных поэз под мышкой... да замотыльчиться в метрожуть... да рухнуть в векожизнь, в среброжизнь того, да спрятаться от чудищ века за изгородью лиры, где стихи-бронзольвы, где бессмертье поэта неизбежно...

Перебор, пересловь, пересребь... Вызов скучному хорошему вкусу. Средоточие всего чуждого новому двадцатому красно-коричневому зверю. Как это они объединились - свет и зверь?! Да ведь серебро-то против гнили, капля расплавленного серебра прожигает сероявь. Избыточность кружев - удавка для большой мятущейся страны. Мелкотемье - коварная мель революции. Дешевое серебро, но скользкое, дешевое серебро - зеркалит с искривлением. Поэзоконцентрат щекочет зверю глотку. Вот только зверь... зверь... да топтал он все ваши ландыши!

Как поместиться пятимерному поэту в наши убогие три, как не пронзовывать скучноявь?.. Ведь навылет он через сердцебыт! Овопроснен поэт, да безответнен: как выжить ему в нашей убогой проекции, если гла'зы не ловят тот фиолет, если в обмене веществ не хватает нездешнего ликера, если бархатом прикрывается бескрылье?.. Как ошампанить серобыль?..

Атака пигмеев мира несет поэту не поражение, но скорбь - попробуй тут рассвирелься! Если осудьбить не получится, ослёзить поэта легко - до горлоспазма. И вот уже дом огрустен и отьмен, ночеет парк, отишен весь бестыжей тьмой, ветрится куст... зебрится хруст... ломок ледок... громок гудок... во мгле полотно и склепа пятно...

Нет, не золото... За родовое серебро эмигрантское дают недорого в такой-то век серебряный. Да ведь не расстрелян же, не замучен, не самоубит, сам - сам! - онездешнился (и вовремя)!

Дешевое серебро. Мелочь. Потерянная серебряная ложечка. Да нашлась она! Только вот осадочек-то... остался...

Стихотворения всегда не легко оценивать, но я попробую. :-) Есть очень хорошее мнение, если вам хотя бы одно стихотворение из сборника пришлось по душе, то это ваш поэт, вы с ним хоть в чем-то резонируете. У меня к сожалению этого не произошло, но стихи очень хороши. Что же меня оттолкнуло? Это стиль написания, некоторая напыщенность, и в некоторой степени самолюбие поэта (хотя для поэта это положительные качества :-)) Для кого этот сборник и о чем он? Стихи Северянина это посвящения - женщине, друзьям, другим писателям. Он восхваляет женщину и природу, иногда иронизирует над чем-либо. Читать стихи Северянина сложно, ритм стиха не простой и наличие мифологических имен кружит голову, но узорная вязь слов завораживает. Тот кто любит мифологию однозначно оценит данный сборник.