Она прячет от него свои настоящие мысли не потому, что это так уж необходимо, - ей просто нужно научиться этому до того, как у нее не останется права на ошибку. И она научится, конечно - нет вещей невозможных для женщины, которая хочет остаться счастливой.

В моей жизни немалую роль играют призрачные объекты: вещи и существа, которые однажды - как правило, в детстве или ранней юности - встретились, поразили в самое сердце и пропали. Часто призрачными объектами оказывались книги. Я торопливо выхватывала какие-то куски, которые воображение потом дополняло причудливыми деталями, и позже, когда стало можно все - по крайней мере, прочитать, - я не встречала историй интереснее

Ты будешь оставлять на моем зеркале в ванной брызги от пены для бритья, опаздывать к ужину, ты обязательно разобьешь мою любимую чашку или еще какую-нибудь безделушку, к которой я очень привязана, мои платья будут вечно соскальзывать с вешалок – и ты не станешь поднимать их - когда по утрам будешь доставать из шкафа свои рубашки, и несмотря на все это я буду неприлично сильно любить тебя всего целиком, без условий.

К середине жизни в каждом из нас накапливается необходимость в утешении. Как бы ни была добра судьба, усталость и потери неизбежно оставляют сырую туманную взвесь, которая со временем поднимается до горла, наказывая нас сердечной тяжестью и не выводимым кашлем. От этого, наверное, есть разное спасение, но мне известен один способ - нужно как-нибудь добраться до океана.
Нет, море не подойдет. Средиземное море изгоняет лишь маленькую слабость, а горечь половины жизни заберет только папа-океан.

Я люблю свою жизнь – неискренних и лишних людей я давно сбросила, а те, кто остался, знают меня так хорошо, что мне одинаково легко молчать и разговаривать с ними, за годы я и мои друзья научились не требовать друг от друга больше, чем было бы благоразумно, не вмешиваться в жизнь друг друга, не давать бестактных советов и делать перерывы между встречами, достаточные для того, чтобы не уставать от общения

– Пойти снег, да? Снег? – спрашивает Жан-Луи, оглядывая хмурое небо.
– Конечно снег. И медведи пойти. И балалайки. Мы же в Москве, детка, как же иначе.

Подкидыш – это необязательно котёнок или младенец в корзинке, оставленный у порога неизвестным негодяем (потому что бесцеремонная попытка переложить ответственность на чужие плечи – в некотором роде злодейство). Женщина двадцати шести лет вполне может внезапно оказаться подкидышем, которого судьба – не злая и не добрая, безразличная, – отдаст в хорошие руки и уйдёт, не оглядываясь.

А любящая женщина хочет сам знаешь, чего — не денег и секса, это слишком просто, а чтобы весь был только её.

Задница - важное коммуникативное средство, ею надо подавать сигналы, а не таскать за собой как гроб с младенцем.

Разве ты не знаешь, что это смертельно опасно - быть откровенным с тем, кого любишь?

Никогда не заставляй себя делать то, чего не любишь.

Женщина состоит из сложных мелочей, цветов и ароматов.

В день, когда мне предстоит тебя встретить, я выхожу из дома раньше обычного, чтобы можно было пройтись пешком по набережной.

Бедная моя мама ела бы мой мозг десертной ложкой, отплясывала бы цыганочку на моих белых костях, била бы в моё смелое сердце, как в тамбурин, и неустанно бы напевала — какой мужчина! Какой мужчина! Редкий изумруд! Положительный и серьёзный! Ату его, ату!

И даже то, что Серёня — гей махровый, её бы на остановило. У каждого свои недостатки, философски заметила бы мама, только и всего.

Серёня безукоризненно одевался. Серёня был вежлив и начисто лишен чувства юмора. Серёня служил каким-то важным клерком в одном из солидных московских банков. В общем — сама респектабельность в серёненом лице осеняла мою бестолковую жизнь серым крылом.