Свет в чужом окне

- О себе подумай. Чего ты сама хочешь? - Чтобы была гармония, - подумав, сказала Настя. - Чтобы всем было хорошо. - Похоже, твоя жизнь будет такой же, как у Лениной мамы, - сожалея, признала Ада. - Муж на диване, две капризные старушки и работа в нескольких местах. Впрочем, может быть, вопреки тому, что сказал Свифт, эта Люса не считает себя несчастной.

Очень глубокая и многослойная история. Созерцательная. Здесь нет прямо прописанной морали, и придется подумать, порассуждать. Те, кто ищут конкретный сюжет, чтобы завязка, кульминация, развязка, надрыв, страсть и так далее, вряд ли удовлетворятся ею. Те, кто, как и я, любят покопаться в героях и происходящем с ними, скорее всего будут в восторге.

Сначала я решила, что это история о том, что вовсе неплохо быть тихой и незаметной, если это именно ты. Мир вокруг кричит «будь яркой», но всегда ли это хорошо?

А потом я поняла.

Итак, у нас есть Настя - та самая тихая и незаметная. Настя очень хочет, чтобы ее увидели, и ради этого даже идет вышивать в час пик в метро и носит вещи, что отдала ей подруга. Но выходит все как-то плохо и некомфортно. Однако в процессе этих попыток Настя сталкивается с разными людьми, смотрит, как они живут, и анализирует увиденное, безо всякого осуждения пытаясь понять, подходит ей такое или нет.

Для меня эта история о том, как Настя учится понимать и видеть не только свои границы, но и границы других людей. Распознавать, где ей комфортно, а где уже нет, при этом не пытаясь исправлять мир вокруг, а стараясь допускать в свое поле лишь то, что ей подходит. Не предавать себя ради чужих идеалов. И не предавать других ради того, чтобы о тебе сказали хорошо.

Это тот случай, когда объем текста куда меньше действительно происходящего в нем, но внутренняя рефлексия героини и ее выводы, пусть и не отображённые текстом, все равно видны. И нет, в конце Настя не станет самой яркой и заметной для окружающих, и класс не охнет (а может быть и охнет), но это все неважно, потому что ее жизнь станет интересна ей самой и она научится принимать решения не взирая на мнение окружающих и действительно оживет: для самой себя, не для кого-то. Научится ощущать себя в пространстве за счет себя, а не за счет того, что ее замечает кто-то другой (наверное, потому что поймет, чего стоят видение тебя этими другими и их мнение о тебе). А это самое главное.

И Настя в финале не даст себя в обиду и не позволит сесть себе на шею. Ада была неправа: ради гармонии Настя не станет подметать за другими, она будет пускать в свою жизнь лишь тех, кто не станет в ней мусорить. Именно поэтому она не спрашивает родителей, можно ли ей обрезать волосы. И встреча с котом в конце выглядела как встреча с самой собой, на которую Настя пришла не смотря на все «но».

Отдельное спасибо за урок, что преподал Насте маленький брат Семы: если кто-то критикует нарисованную тобою ловушку для динозавра, то, возможно, он ничего не понимает ни в ловушках, ни в динозаврах и не хочет запастись терпением, чтобы разобраться.

Главная героиня повести — восьмиклассница Настя Средова. Она такая тихая и незаметная, что учителя ей даже за абсолютно правильные ответы не ставят пятерки — не похожа она на отличницу. Действие повести занимает год — с сентября до сентября — и включает массу обычных школьно-подростковых происшествий. В группе по хору в музыкалке появился новый таинственный мальчик и все девочки тут же им увлеклись. Сменилась учительница по французскому, она такая удивительная и потрясающая. Подружка дала поносить яркое пальто, и оно отлично подошло. А вот летние посиделки у костра в дачном поселке — все как-то изменились, пива притащили, руки тянут, странно... Меня привлекла аннотация и название — Настя любит заглядывать в чужие окна. Я тоже очень люблю, всегда норовлю свернуть себе шею, когда вижу в освещенном окне интересный светильник, или картины, или полки. Но останавливаться и разглядывать — это, конечно, слишком. А героиня, похоже, именно что разглядывает. Но это совсем небольшой эпизод. Сама повесть мне понравилась не очень. Она какая-то серенькая и неприметная, как ее героиня. Мне показалось, что действие немного повисло вне времени. Возможно, это потому, что впервые повесть вышла больше десяти лет назад (под названием "Свет в чужом окне").