Другой Урал

Купила наобум.

Чего ожидать от автора и от книги было абсолютно не понятно. Притянула к себе обложка и название, конечно. Это оказался сборник рассказов на очень специфическую тему - шаманство и хождение "на ту сторону" и все это бок о бок с такой обычной жизнью в глуши.

Я не помню ни одной книги, ощущения от которой менялись от рассказа к рассказу настолько ярко и диаметрально. Резкие контрасты. Прочитав первые два рассказа я было уже пожалела о растраченных средствах. Тут и мат присутствует, и язык какой-то грубоватый, угловатый, будто общаются люди из мест не столь отдаленных. Тогда закралась в голову идея не дочитывать сборник, и книга оказалась на полке родителей.

После нескольких вечеров, во время которых родители перетягивали у друг друга книгу, закрались подозрения, что я что-то упустила...

И прочитав еще пару рассказов у меня появилось какое-то ощущение влюбленности в местность, в шаманов, единение с автором. Оказалось, что автор и писать красиво умеет, даже лирично, и заинтересовать.

Если подвести итог, то 50/50. Многое осталось недопонятым, есть тайные закоулочки. Мама сказала, что просто еще жизненного опыта не хватает. Но многое и осмыслила, даже что-то вынесла в заглавные правила жизни. Реальность на грани фантастики.

Удивление, шок, недовольство, недопонимание,злость, симпатии, множество проведенных параллелей, негодование до скрежета зубами и тут же нечто неимоверно теплое, поселившееся в сердце и душе.

Советовать абсолютно никому не буду. Пусть это останется со мной.
Удивительно.

Книга получилась у автора своеобразная. Этакий Карлос Кастанеда на башкиро-татарский манер с адаптацией под "гопоту". Только у Кастанеды присутствует постоянная попытка осмысления своего мистического опыта, здесь же в основном представлен только сам опыт, без зацикливания на попытках его осознания. Поэтому книга получилась несколько сухой, все не так сочно, как у Кастанеды. Дополнительно "сушит" книгу язык и стиль изложения. Все предельно жестко, присутствует много мата, но не от скупости словарного запаса автора (тут он совсем не выглядит примитивным, а скорее наоборот, местами речевые обороты просто впечатляют, особенно на фоне "гопоты-стайл"), а для придания некоторого оттенка повседневности происходящего с главным героем. Женскому полу, детям, старикам и ранимым интеллектуалам лучше пройти мимо книги и поберечь свою психику и время, так как вероятность того, что книга понравится, стремится к нулю. Хотя во всяком правиле присутствует исключение. Ну а главная идея, которую, как мне показалось, пытается до читателя донести автор с помощью своих историй - это то, что мир вокруг нас совсем не так прост, как мы привыкли видеть. И в этом с ним нельзя не согласиться.

Во многом согласна с рецензией Lihodey Taтаро-башкирский такой Кастанеда и пальцы веером a la гопник. И все же книжку дочитала, потому что хоть и не всегда, но все же попадается у него осмысление переживаемой реальности. Да и язык, несмотря на пальцы врастопырку (а м.б. именно благодая ему ;)), сочный и экспрессивный. Детские воспоминания просто завораживают своей какой-то урбанистической облезлой поэтикой, в которой я узнаю и свое детство.

Образ ГГ рисуется мне такой помесью подворотной шпаны с пещерным человеком, но не в смысле, что глупый и отсталый, а в смысле тонко чувствующий реальность воин, всеподавляющей эмоцией которого является суевернй страх. Человек живет в состоянии fight or flight в прямом смысле этого слова. Остальные человеческие эмоции еще недоразвились. Кроме, впрочем, уважения к старейшинам. Только в описаниях учителей и в какой-то степени родителей звучит у ГГ теплая нотка. Весь остальной человеческий мир - это враги, побежденные или которых еще предстоит победить. Отношение к женщинам особенно показательно - презрительно-опасливое, даже по отношению к собственной жене. Короче мачизм в высшем его проявлении: не понятно, когда говорит о жене, а когда о собаке, и ударить ребенка впоне допустимо, если считаешь, что он - воплощение какой-то злой силы.

И при этом - необычайно тонкие переживания природы, ощущение того, что в медитативных практиках называется groundedness. Я, когда книжку читала, нередко ловила себя на мысли, что вот, такими, наверное и были наши далекие предки - агрессивные и суеверные, но в то же время чуткие и видящие глубинные связи всего со всем. В общем, книжка любопытная.