Каштанка

Трудно разбираться в тех
Чувствах, что порой душою
Руководствуют... Не грех
Страстью воспылать большою

К доброте и красоте...
Но, увы, на самом деле
Чаще ценят нас лишь те,
Что свои лишь видят цели

В отношениях с тобой -
Это правда жизни злая...
Каждый день - за счастье бой,
Поиск призрачного рая,

Ожидание тех благ,
Что звучали из молитвы...
Каждый день - проблем овраг,
Где внизу сверкают бритвы,

А ты бродишь по краям...
Жизнь - мозаика из боли,
Что любви украсит храм
И прощения пароли

Предоставит в миг любой...
Мы прощаем тех, кто с нами
Обращается порой,
Как в античной мелодраме...

Немного философская и грустная получилась подводка для рецензии на, в принципе, добрую повесть для детей от одного из главных классиков русской литературы... Словно немного перца острого добавил в тесто для ситного пряника... Словно щедро разбросал обманчивую мягкость стекловаты под простынку и не предупредил... Это не случайно... Это возрастная трансформация восприятия повести на уровне накопления негативного, жизненного опыта, когда шрамы от предательств не новы, раны от будущих разочарований не пугают, а суть человеческого существования в современном мире давно ушла в такие подворотни, куда даже и псы бродячие боятся заходить...
Так вот, история симпатичной собачки по кличке Каштанка в незатейливой манере некого фольклорного лубка имеет много слоев обозначения выводов для морали... И каждый слой обнажается в определенном возрасте, что весьма гениально, но разве от Чехова мы ждали чего-то иного???)
Детское восприятие - то весело, то грустно, то смешно, собачку жалко, но в итоге все хорошо, ведь она вернулась домой... Тут болеешь больше за мальчика, чем за собаку, ибо воспринимаешь его потерю, как личную трагедию... Детская солидарность побеждает...
Подростковое восприятие - эх, какие суровые нравы в пролетарской среде большого города - и куда смотрят зоозащитники!!! Животинку истязают и эксплуатирую вовсю, но в принципе, финал хороший... Все на своих местах... Все живы... А счастье так неоднозначно...
Восприятие после 30 лет - так, мастерская, улица, фонарь, аптека, циркач, гусь, кот, неудачные гастроли, всё кувырком, все встретились, циркач в пролёте, так и надо ему - плохо подготовил презентацию своего творчества, Каштанка виляет хвостом возвращаясь в прошлую жизнь - позитивные мысли рулят... Но это все фантазии и выдумки, так что эмоции от чтения мимолётные, как изжога от шаурмы... Банзай!!!
Восприятия после 50 - чем хуже к нам относятся, тем дольше мы пытаемся себя убедить, что нам тут рады... Вилять хвостом можно научиться так грациозно, что ненависть в душе, выкрашенная в мягкие тона, вполне сойдёт за добродушие... Иногда сложно менять привычный, грязный барак житейского уклада на воздушный дворец, если в том бараке есть памятные моменты, ласкающие наше втрое "я"... Лучше тут, где даже когда бьют, всё рано потом гладят по голове, а в неизвестности другой жизни, кто его знает, будет ли такой резонанс... Остаюсь, возвращаюсь, прощаю... А хвост радостно уже виляет не по принуждению, а сам по себе... Значит, дома уже... Бейте...
5 из 5 - переосмысление книг из детства, особенно классических - увлекательная гимнастика для сознания и души, когда все карты открыты максимально... Это, и тренинг для всего того тёмного и страшного, что ждёт меня впереди, и наращивания ментальной брони, чтобы не сразу рухнуть на колени перед новой мировой, ужасающей реальностью, которая не за горами... У кого-то будет в рюкзаке крест и Библия, а у меня - томик рассказов Чехова и фляга с настойкой свежевыжатого оптимизма... Может быть и пересечёмся где-то на развалинах мира, а???)

Читаю сейчас «Жестокий век» Исай Калашников , где степь играет одну из главных ролей. А в собрании сочинений Чехова, которое я периодически почитываю в хронологическом порядке, "Степь" как раз была следующим произведением после «Спать хочется» Антон Чехов , который я только что перечитал. Дай, думаю, раз так решили богини судьбы, и про нашу степь почитаю. К тому же, малоросские степи — моя первая Родина. Решил сравнить две степи, а заодно и две книги.

Но чем дальше углублялся в чеховскую бескрайнюю степь, тем больше эта повесть напоминала мне совершенно другое великое произведение (а "Жестокий век"- это тоже великая книга. Но об этом в следующей рецензии ;) )

"Степь" А.П. удивительным образом гармонирует с «Одиссея» Гомер . С одной лишь "незначительной" добавкой — приставкой "Анти".

То есть, не совсем "Анти".

По форме это "Одиссея" в чистом виде.
Герой отправляется в долгое путешествие, встречает на своём пути множество странных существ, преодолевает страхи и природные катаклизмы.
Его кидает, как щепку во время шторма, из стороны в сторону.

Степь бесконечна и опасна как море.
Сейчас она скучна, тосклива и пустынна, а через час — это штормящая пучина, в которой можно погибнуть от молнии, оглохнуть от грома, захлебнуться дождём, заболеть.

Страшные истории слышит Егорка в дороге, страшные видения ему чудятся.
Одиссею-Егорке встречается сладко поющая Сирена, манящая его своим пением как мать.
Затем ему нужно проплыть между Сциллой и Харибдой, которые есть и в нашей жизни. Нуждой быть частью социума, нравиться, преуспевать, а для этого приспосабливаться (Мойсей Мойсеичем) и нелепой гордыней, достоинством, холодным презрением (Соломоном). Что хуже?
Вот длинный обоз, список кораблей, сей поезд журавлиный, который Егор видит только до середины. Он состоит из таких же одиноких изгоев жизни, каким теперь уже является и он сам. Возможно, пока не осознавая этого.
Рядом идёт злой Великан Полифем-Дымов, от которого можно спастись под овечьей шерстью.
Но тяжело защититься от открывшихся Эоловых мехов и страшный ветер пугает и студит.
Иногда, как сквозь сон, Егорка видит богов-олимпийцев — Афину-Драницкую и Зевса-Варламова.
Ну и заканчивает своё путешествие маленький Одиссей у любвеобильной Калипсо, которая его уже не отпустит.

Это по поводу формы. Да вот содержание здесь совсем обратное от гомеровского эпоса.

Сильный, умный герой Одиссей не сравнится со слабым, глупым мальчиком, всё геройство которого в окрике "сукин сын!".
Сын Телемах пытающийся вернуть отца не сравнится с дядей, ИИ, который пытается "сплавить" племянника.
Спутники обоих Одиссеев "с прекрасным прошлым и нехорошим настоящим". Но если у Гомера герои надеются на спасение, то у Чехова уже никто ни на что не надеется.
Полные жизни герои "Одиссеи", смотрят в будущее, тогда как

Ну и самое главное.
Одиссея — это путь домой. Борьба с богами, ужасами и врагами за счастье вернуться в свой дом, к своей жене, к своему сыну. Несмотря на все приключения, отчасти добровольные и не всегда невинные, Одиссей твердо держит свой путь на Итаку к самому главному, что есть у человека в жизни.
Егорушка же плывёт от своей Итаки, и какие бы приключения ему ни довелось пережить, они только отдаляют его от своего дома.

Почему-то, читая как Егорка на обозе едет учиться, мне вспомнился не Ломоносов, о котором говорит о.Христофор, а строки Галича из песни про Мандельштама.

Конечно, можно сказать, что Одиссея — это не только путь домой, но и путь к самому себе. Возможно, невзирая на трудный путь, Егорке всё-таки удастся дойти до цели, найти себя. Хотя, если он даже пока не понимает этой цели, то сам путь может сломить его.

Те два дня, которые были насыщены неторопливым чтением "Степи" остались в моей памяти с каким-то окрасом праздничности.
Вот, ведь, непредсказуемый эффект: и чтение неторопливое, и повествование тягучее, но вместо скуки ощущение какой-то утренней радости, как росой умылся. Или вернулся в детство, ненадолго... на два дня...

Много сказано о том, что повесть является "степной энциклопедией"; образом спящей России, которую вот-вот разбудит гроза обновления; поэмой космического единения человека и природы. Всё это, безусловно, так, но я воспринял "Степь" как слепок детского восприятия непонятной и сложной взрослой жизни.
Хотя повествование и идет от третьего лица, все происходящее дается в видении девятилетнего мальчика, чистого и неиспорченного.

Всё, что происходит вокруг для него ново, непонятно, странно... Оставленный, погруженным в деловые заботы дядюшкой, среди чужих людей, Егорушка вынужден самостоятельно оценивать происходящее, выбирать, кого из спутников слушать, кого - нет, кому верить, кому - не верить, решать что есть плохо, что хорошо. По сути, под влиянием описываемых событий, идет формирование неких глобальных основ будущего мировосприятия юного героя.

Значимость этих осмыслений усиливается тем обстоятельством, что Егорушка переживает самый серьезный перелом в своей, пока ещё очень коротенькой жизни. Поэтому рядовая унылая, для большинства спутников мальчика, поездка по столь же унылой степи для него превращается в череду волнующих приключений и впечатлений, в трепетный акт познания большого и непростого мира. Мира, в котором нет абсолютного добра или зла, мира, в котором одновременно существует несколько опровергающих друг друга истин, мира в котором всё и правда и вымысел в то же время. И он пытается определяться в своем отношении к людям, событиям и явлениям, с которыми знакомит его степь, пытается все это маркировать, руководствуясь своим пониманием, невеликим опытом и подсказками тех спутников, которые вызывают у него доверие.

Степь в повести выступает как поле жизни, которое на так-то просто перейти, если вспомнить пословицу. Степь, своего рода, - модель космоса, где пространство и время, по большому счету, не играют особой роли из-за возможности прикоснуться к бесконечному и вечному.
И в том великое мастерство Чехова, что это прикосновение можно почувствовать и пережить, прочитав его скучную, тягучую, но такую глубокую и мудрую, повесть.

За что я люблю Чехова - это то, что он в нескольких предложениях может сказать то, что у других уходят страницы текста.
Перед нами один из лучших реалистических рассказов автора. Мальчик Егор 9-и лет отправлен матерью вместе с дядей и о. Христофором в город, чтобы поступать в гимназию. Этот путь, собственно, и составляет основное содержание рассказа. У другого бы писателя получилось бы гораздо скучнее, а у Чехова ярко, образно. Ему удалось в небольшом рассказе показать не только начало жизни мальчика, покинувшего отчий дом, но и срез низов общества конца 1880-х гг.
Меня очень порадовали образы степи, как она "подстраивается" под происходящее действие, как она отражает внутренний мир маленького героя (описание грозы в степи дорогого стоит!). Но ещё в бОльшей автору удалось проникнуть в мысли и чувства Егорушки, показать его одиночество.

Сижу, смотрю, думаю.
Как можно написать интересную рецензию на произведение всемирно известного автора-классика, которое уже читано и перечитано если не всеми то многими минимум миллион раз. Все, что можно и нельзя об этом произведении уже написано, описано и переписано…
Но, есть такое слово «надо!» Потому, Вы уж извините, если что не так. Приступим.)
Для начала сообщу, к стыду своему, что «Каштанку» не читала. Знала только, что произведение о собачке. Очень боялась, чтобы не было нечто похожее на «Хатико», для меня подобные истории – «Табу». Страдания животных я не в силах вынести, это хуже убийства… Но это лирическое отступление, а мы, как говорится, ближе к делу, то есть, сюжету произведения.) Итак, перед нами собачка, которая бежит за хозяином (не самым добрым, чутким и внимательным), отвлекается и теряется. Тут же её растерявшуюся встречает новый хозяин и приводит к себе домой. Обеспечивает её вкусной едой и тёплым домом. У неё появляются друзья (кот, гусь и даже свинка). Новый хозяин их тренирует для цирковых выступлений. Но, подкачал гусь, и Каштанка становится «Тёткой», активно принимает участие в тренировках, готовится к выступлению вместо гуся ... Ничто не предвещало беды, но во время выступления наша Каштанка оказалась той ещё «штучкой» и поступила так, как не ожидал никто. Но кто же её в этом упрекнёт? =)
Что ж, произведение хоть и небольшое, но емкое и увлекательное. Не перегружает, но держит. Герои четкие, развязка интересная, предвиденная, но не особо предсказуемая.
Потому рекомендую, читайте обязательно, перечитывайте, получайте удовольствие от сего классического произведения.)

«Это такая прелесть, такая бездна поэзии… Пускай в ней нет того внешнего содержания – в смысле фабулы, - которое так дорого толпе, но внутреннего содержания зато неисчерпаемый родник» (А.Н.Плещеев о «Степи»).

Эта повесть, называемая самим писателем «степной энциклопедией», стала своеобразной разделительной чертой между творчеством Антоши Чехонте и Антона Павловича Чехова. В ней соединились юмор, мастерство зарисовок пейзажа и быта, лиризм и философский смысл. Повествование ведётся от третьего лица, но всё происходящее зачастую пропускается сквозь призму восприятия девятилетнего Егорушки, неизбежно окрашиваясь его субъективными эмоциями. Маленький мальчик связывает воедино все сюжетные линии произведения, в котором герои, имеющие каждый свою правду, вовлечены в размышления о жизни и оцениваются порой с точки зрения счастья или несчастья. Мир людей предстаёт перед нами (хотя не всегда) преломленным в конкретном детском сознании, но красота природного мира, как правило, воспевается самим автором.

«Вся энергия художника должна быть обращена на две силы: человек и природа» (А.П.Чехов). Чехов пишет не об уникальной жизни человека наедине с природой в диком краю, а о повседневном общении с ней современных людей в привычных условиях. Поэтическое у писателя является не поверхностным украшением текста, а закладывается на глубоком уровне повествования, придавая слову многозначность и глубину и заставляя его балансировать между прямым и переносным значениями. Явления природы в повести смешиваются и перекликаются с чувствами, мыслями и поступками людей. Природа здесь очеловечена, а человек неразрывно сливается с природой. Разбушевавшаяся днём стихия, управляемая «невидимой гнетущей силой», убивает утренние надежды на преображение и цветение. А после её вечернего успокоения как будто «дневная тоска забыта, всё прощено». Однако, на самом деле всё лишь вернулось на круги своя, к исходной расстановке сил, и та же драма может повториться вновь. Действительность содержит в себе несравненно больше, чем мы обычно видим, поэтому, как в жизни, так и в природе, «всё представляется не тем, что оно есть». Иногда в повести слышится затаённая грусть по скрытой в жизни и природе красоте, мимо которой равнодушно проходят люди. «И в торжестве красоты, в излишке счастья чувствуешь напряжение и тоску, как будто степь сознает, что она одинока, что богатство её и вдохновение гибнут даром для мира, никем не воспетые и никому не нужные» (А.П.Чехов «Степь»). Человеческие же качества предопределяются природным окружением (при этом верно и обратное утверждение). И одно из главных ощущений подводчиков, везущих товар по степи, – гнетущая скука, уже присутствующая в описании природы. А их встреча с Константином, переполненным счастьем (возможно, иллюзорным?), лишь оттеняет этот общий настрой, пронизанный тоской. «Русский человек любит вспоминать, но не любит жить» (А.П.Чехов «Степь»).

Поэтическое вИдение позволяет Чехову размещать рядом и ценностно уравновешивать достаточно далёкие образы, а также ставить под сомнение нерушимость любых границ: между конкретным и абстрактным, одушевлённым и неодушевлённым, причиной и следствием. Даже воспринимая бытие космически, стоит порой нагнуться и потрогать траву под ногами, чтобы прочувствовать вечное и сиюминутное, природное и рукотворное в их нераздельности. Ведь крупицы вечности содержатся и в дорогах, и в поэзии, и в любви. Из этой приобщённости будничного к возвышенному (и наоборот), может быть, и рождается умиротворяющий финал. Однако внешне благополучно кончающаяся повесть содержит в себе и зерно трагического завершения: «Какова-то будет эта жизнь?». Чехов планировал писать продолжение и так объяснял авторский замысел: «В своей «Степи» через все восемь глав я провожу девятилетнего мальчика, который, попав в будущем в Питер или в Москву, кончит непременно плохим… Русская жизнь бьет русского человека так, что мокрого места не остается, бьет на манер тысячепудового камня. В Западной Европе люди погибают оттого, что жить тесно и душно, у нас же оттого, что жить просторно... Простора так много, что маленькому человечку нет сил ориентироваться...» (А.П.Чехов – Д.В.Григоровичу, 5 февраля 1888г).

За поэтическими описаниями (одновременно и реалистически-картинными, и символически-аллегорическими) возникает сложное психологическое и философское содержание, что позволяет совершить ошеломляющий скачок от чисто прозаического и заземлённого к возвышенному и беспредельному, заставляя при этом противоположные полюса отражать друг друга. Писатель даёт понять, что в каждом проявлении жизни содержатся контрастные начала: «жизнь страшна и чудесна», «прекрасна, сурова родина». В повести Чехову удаётся через конкретную ситуацию в уголке русской жизни показать ситуацию в стране в целом, перевести взгляд читателя от частного – к общему. Через передаваемое автором ощущение волшебства родной земли мы учимся делать открытия в окружающем мире и понимать общечеловеческое. Увидишь красоту в близкой степи – поймёшь и далёкий океан. Бытовые и пейзажные зарисовки порождают раздумья о законах бытия, о связи времён, о путях человечества. «А взглянешь на бледно-зеленое, усыпанное звездами небо, на котором ни облачка, ни пятна, и поймешь, почему теплый воздух недвижим, почему природа настороже и боится шевельнуться: ей жутко и жаль утерять хоть одно мгновение жизни. О необъятной глубине и безграничности неба можно судить только на море да в степи ночью, когда светит луна. Оно страшно, красиво и ласково, глядит томно и манит к себе, а от ласки его кружится голова» (А.П.Чехов «Степь»). Ночью мироздание обретает явственность и бесконечность, и воображение оказывается захваченным фантастической полнотой бытия. А «моральный закон» торжествует победу, так как человек, ощутив очертания полнозвёздной реальности, пытается понять основы жизни и задаётся вопросом о её смысле. Одновременно же с мыслями о высших целях существования возникает потрясающее ощущение наполнения физической бесконечности космоса нравственной бесконечностью человека. Таким образом, картина вырастает до ещё большего обобщения, которое выводит нас на широкие размышления не только о русских просторах, русской истории, русском человеке, но и обо всём человечестве, о пространстве и времени.

Повесть со столь обширными описаниями природы стала новым словом, прежде всего, в изображении человека. Нельзя постигнуть первоосновы бытия, минуя поэтическое освоение действительности, которое не только повествует о бесконечном разнообразии мира, но и утверждает его единство. В повести перед нами отчётливо выступает углубленное и очарованное всматривание в непостижимое чудо жизни. И читатель, воспринимавший мир как что-то будничное и серое, начинает чувствовать его красоту. Чехов показал возможность освещения человека через природу с помощью перекличек того, что совершается в природе, с тем, что происходит среди людей. Эти постоянные переклички двух равноправных главных героев повести – человека и природы (в данном случае – степи) – наводят на мысль о единстве всего сущего, о незримых связях человека с окружающим его миром. Используемая в повести техника внутренних перекличек и повторов перейдёт потом в пьесы. А учитывая ещё и обращённость к таким общечеловеческим вопросам как счастье, одиночество, смысл жизни, ставшую существенной чертой будущих пьес, «Степь» можно считать увертюрой к последующей драматургии Чехова. Предвестием подлинного величия позднего творчества писателя оказалось и проявленное в «степной энциклопедии» мастерство соединять противоположности воедино и умение обобщать (как будет, например, в «Палате №6» и «Вишнёвом саде»). А созданный в повести образ очеловеченного космоса – это, возможно, и есть то самое «небо в алмазах» из «Дяди Вани». Но только в данном случае следует, конечно, воспринимать известное выражение («небо в алмазах») не в ироническом смысле, а в контексте естественного стремления человека вырваться к ярким звёздам из тусклой обыденности. И тогда в одном из этих алмазов-звёзд мы сможем увидеть самого Чехова.

Наступил год Собаки, и я решила отметить это событие рецензией, посвященной этому замечательному животному.
В моей семье всегда был культ А. П. Чехова. Наверное, потому, что мой отец жил, рос и гонял собак по той самой улице (ул. Чехова в Таганроге, бывшая Полицейская и Александровская), на которой родился и рос незабвенный наш классик. Возможно, одна из тех собак была прямым потомком чеховской Каштанки. И в школу папа ходил мимо лавки Чеховых и чеховской гимназии, ставших уже музеями… Помню, когда ещё была ребёнком, папа сказал, стоя на крыльце парадного входа старого прадедовского дома с резными дверями, медными ручками и кованым, с виньетками, козырьком, дескать, так приятно тут стоять и курить, когда думаешь, что мимо нашего дома когда-то проходил сам Антоша Чехонте! Я тогда ещё не осознавала всю приятность сего факта, но, когда подросла и почитала Чехова, то, естественно, стала гордиться «соседством» с всемирно известным классиком. Мои самые любимые рассказы у Чехова – это «Каштанка» и «Ванька» (тот самый, что "на деревню дедушке" писал).

Чехов любил животных, в его доме их всегда было много, а собак он даже очеловечил своими знаменитыми фразами «Славный народ - собаки!», «Доброму человеку бывает стыдно даже перед собакой». Думаю, что не имеет смысла пересказывать сюжет рассказа «Каштанка», его и так все знают, все рады за счастливый финал и каштанкино счастье, которая снова обрела любимых хозяев. Но грустно становится оттого, что не поняла собачка своего счастья с точки зрения человеческой логики: ведь в новой жизни она из тощей, костлявой дворняжки превратилась в сытого, выхоленного пса, к которому относились бережно и с любовью, а вот поди ты, вернулась к старому голодному и не совсем комфортному бытию у вечно пьяного столяра Луки и его сына Федюшки! Собачья логика проста: «Из записок старой собаки: люди не едят помоев и костей, которые выбрасывает кухарка, - глупцы!» (А.П. Чехов, из записных книжек). Если уж собака любит, то любит по-настоящему, проявляя жизненную животную радость, и такая любовь у человека может быть только в детстве, когда всё прощается и многое забывается. Собаки любят нас безусловной любовью, об этом и напомнил писатель: такой любви не бывает у людей, потому что она принимает всё как есть, не ставит условий, в ней нет ограничений, она забывает обиды, прощает всё и не замечает наших недостатков и даже пороков. Собака любит тебя просто за то, что ты есть, ей всё равно, кто ты и какой ты, что ты имеешь и что ты можешь дать.

И если продолжить мысль, то выходит, что наша любовь к животинкам не абсолютна: мы любим их за то, что они любят нас, а вот полюбить за это человека редко получается, человеческая любовь всегда зависима, потому как осознанна…

В рассказе меня всегда бесил момент игры мальчика Феди с Каштанкой, которая даже потом тосковала по этому глумлению над собой:

Я увидела тут странный смысл, понятный, наверное, только мне одной, и о котором Антон Павлович даже не подозревал: как часто люди поступают так друг с другом! И только собака способна простить и остаться, а человек всегда уходит. Я же по-детски наивно надеюсь, что чеховская Каштанка прожила свою короткую собачью жизнь вполне счастливо…

P. S. С Новым годом вас, друзья! Желаю всем в новом году здоровья и счастья, потрясающих книжных находок и интересного, плодотворного чтения!

Индейские подростки ночуют в прериях в ожидании, когда им явится будущий дух хранитель, русскому парнишке Егорушке для процесса инициации достались степь, обоз с незнакомыми людьми и страшная гроза. Егорушку дядька везет учиться, далеко от родного города, далеко от мамок и нянек, от друзей детства. Степь становится границей между детством и отрочеством,; что-то нашёптывает мальчику, пугает и угрожает, умиротворяет; будит новые чувства, от злости до слёз; знакомит с людьми и красотой мира; с человеческим, со стихийным, с внутренним.

Чехов замечательно владеет словом; я как будто проехалась по этой степи вместе с мальчиком, злилась на дурковатых Кирюху и Дымова, слушала байки Пантелея, посмеивалась над о.Христофором, ловила раков (хотя нет, наблюдала, никакой Чехов не заставит меня в камыши лезть и трогать членистоногих), боялась грозы, металась в горячке. В общем-то знала, что Егорушка доберется до места назначения, но всё равно переживала, когда он заболел, очень уж страшно он звал маму.

Кое-что было против шерсти. Последнее время внимание само выхватывает в русской классике национальный вопрос, очень неладно всё с великодержавным шовинизмом на Руси. Карикатурные евреи, слов "украинский" или "украинец" вообще нет, поляки - ляхи нехорошие, немцы обманывают и наживаются на всех, армянский хутор населяют армяшки. Но у Чехова хотя бы и русским достается не меньше. А украинский хлопец Константин и вовсе один из самый обаятельных героев, пусть казался "некрасивым собой и ничем не замечательным". Потому не стала снижать оценку повести. Вот Шмелёву я балл сняла за национализм (при том, что он там соловьём поэтично разливался о равенстве всех перед голодом, но таки неуловимо разделил "там были все - русские, татары, чеченцы" и "а корову спёрли украинцы").

Продолжу читать Чехова отдельными рассказами, а не сборниками. Всё-таки у него в отдельном произведении столько разных планов, персонажей, мыслей - каждая деталь наталкивает на новую идею и разматывает клубочек смыслов. Нельзя Чехова поглощать аки водку, залпом.