Конармия. Одесские рассказы

Невероятный рассказ. Очень короткий, но обладает видной силой. Становится чётко понятно, о чем именно говорит Бабель, когда описывает свой долгостройный стиль писательства в молодости.
Повествуется в рассказе одно событие с войны в Польше. Через него отражаются разные аспекты, связанные и рождённые революционной эпохой. Бабель передал нам их суть живо, и мощь произведения, его трагичность останавливают дыхание при чтении.
Слог - элемент тоже удивительный. Сам рассказ представлен в виде письма. Предполагаю, что Бабель в большей степени сам его написал, то есть как минимум отредактировал уже существовавшее письмо. Если же всё от начала до конца написано самим Бабелем, то это знак только об одном - о редкой гениальности.
В общем, необычные вещи можно найти в некоторых "маленьких" представителях классики. "Соль" к подобным находкам и относится.

Сие произведение входит в состав «Одесских рассказов» и представляет собой текст в несколько страниц, на которых рисуется несколько персонажей.
Сюжет. Любка имеет достаточно большой дом, несколько человек, в нем живущих, голубятню, которая принадлежит жильцу, маленького ребенка (которого почему-то всё ещё надо кормить грудью), три года в лагерях. Рассказ повествует о том, как Цудечкис отказался платить 6 рублей и остался жить «пока не заплатит», а за одно отучил сынка Любки требовать грудь.
Что мне не понравилось. Феерия абсурда и гротеска. Мерзкие, хамоватые, жуликоватые и быдловатые герои. Потрясающе невнятный сюжет. Отвратительный стиль изложения. Любка заходит «с ноги» открывая дверь,
Очень обрадовало: это рассказ, а не что-то большее по объёму.
Никогда прежде не читала Бабеля, а после такого рассказа и не хочется. Абсолютно не понравилось, совершенно не мой стиль и жанр. Да и вам не советую!

Сборник рассказов Исаака Бабеля состоит из двух частей - цикла "Конармия" и цикла "Одесские рассказы" (в моем варианте сборника в "Одесские рассказы" включены также так называемые пограничные и примыкающие к ним по смыслу тексты). С одной стороны, это очень разные части, с другой - их объединяет талант Бабеля, его удивительный необычный сразу же запоминающийся язык, яркие резкие штрихи, вычерчивающие колоритные живые образы.

Мне меньше понравились рассказы "Конармии", и не потому, почему они обычно не нравятся читателям. Дело не в откровенности, не в жестокости, а в военных описаниях. Уж так я устроена, что, как только натыкаюсь на описания вроде прохождения линии фронта, перемещения войск и т. п., мой мозг выдает синий экран. Те рассказы "Конармии", в которых такого не было, пошли лучше, врезались в память.

Но гораздо сильнее мне понравились "Одесские рассказы", вот тут уж действительно будто спектакль или фильм посмотрела. Самые, конечно, блистательные - про Беню Крика. Хотя во всех в малой форме емко и красочно, гениально показаны самые разные характеры и ситуации, жизнь во всей ее полноте, с иронией и трагедиями. Вот эту часть сборника я прочитала на одном дыхании в безграничном восторге.

И напоследок немножко цитат как из "Конармии", так и из "Одесских рассказов".

Каждое прочтение этой книги для меня как акт мазохизма, ведь читать её и страшно и приятно одновременно. Интеллигент, который никак не может влиться в общую компанию одуревших от свободы и безнаказанности солдат революции, отстранёно описывает насилие и злобу, бурлящие вокруг него. Солдатики эти вызывают у него одновременно и отвращение, которое он вынужден прятать для собственной безопасности, и восхищение. Ему бы самому, возможно, хотелось бы приобщиться к этому вековечному канону мужественности.

Акты жестокости, которые видит вокруг себя Кирилл Лютов, становятся для него, человека, которому гуся убить - убийство, сильнейшим потрясением и потрясение это к тому же нельзя пережить и обдумать прямо здесь и сейчас, потому что это довольно опасно. Эти ребята не любят видеть на чужом лице работу мысли. На сотни странных оголтелых эгоистичных мужчин, убивающих своих сыновей и отцов в "Письме"(что за интересный такой мотив в нашей литературе - убийство отцом сыновей да ещё по каким-то надуманным идеологическим причинам? Из всего мною прочитанного только в "Возлюбленной" мать убивает свою дочь и то это был акт любви), вменяющих себе в заслугу то, что они не изнасиловали женщину в "Соли" и выменивающих материно здоровье на свою выгоду в "Сашке Христосе" есть один человечный мужчина, просящий не убивать его при дочери (его, конечно же, убивают, таковы правила игры). Для нас, людей XXI века, перед чьим мысленным взором проходит не только Первая мировая, Революция и Гражданская война, но и террор 30-х, Вторая мировая, ГУЛАГ, репрессии и будничные хорошо освещаемые СМИ убийства и преступления 90-х годов, такие события новостью или открытием не станут. Мы можем прочитать о шоке человека, столкнувшегося с пробуждением великой волны агрессии, поднимающейся со дна, на которое высшее общество старательно веками заталкивало необразованных лапотных мужиков и баб.

Как ни странно, но в этом отсутствии удивления перед насилием на страницах книги мне видится некоторый оптимизм. Это Исаак Бабель и его альтер эго Кирилл Лютов не подозревали, что такое бывает. Это они изумлялись и были беззащитны. Нас же век страданий и ужасов поставил в более выгодное положение. Мы уже научились разбираться в насилии, мы знаем, что оно всегда рядом, мы можем хорошенько изучить его механизмы и быть готовыми если не защитить себя от него, то хотя бы эффективнее переживать, чтобы не позволять ему ломать нашу жизнь. До полного искоренения, боюсь, мы не доползём.

Очень интересный рассказ, как и всё у Бабеля. Как-то находит он такие языковые средства, запоминающиеся - Искра Божия. Как неожиданно происходит пробуждение, так оно и написано. Готовилось, готовилось неосознанными поступками, туманными решениями "и вдруг ... Что угодно может подтолкнуть к открытию. Несколько вопросов, например, заданных вовремя и умело. И этот процесс автор сумел передать. То, что это рассказ - очень удачно. Сделано открытие - и конец. А дальше фантазируйте, предполагайте, будоражьте мысли.