Дюрер

Набросок фигуры Немезиды был создан Дюрером в процессе подготовки гравюры. Он свидетельствует об интересе художника к тайне пропорций, занимавшим его напротяжении всего творчества. В черновиках к Четырём книгам о пропорциях, Дюрер напишет, что к открытию секрета пропорций его подтолкнула встреча с художником Якопо де Барбари (1460 – 1516), состоявшейся в Нюрнберге в  1500 ом году. «Я пошёл собственным путём и прочитал Витрувия, который пишет о пропорциях человека». Дюрер построил фигуру в соответствии с теорией пропорций Витрувия, когда восемь голов должны составлять рост тела.

Этюд к скале-лицу в каменоломне близ Нюрнберга

Пейзаж с лесной заводью

Кающийся св. Иероним

Св. Иероним на фоне пейзажа

Акварельные пейзажи Дюрера – самые ранние в истории западноевропейского искусства. Они выполнены во время его путешествия через Альпы по пути в Италию 1495-1496 г и в окрестностях Нюрнберга по возвращении. Делая зарисовки пейзажей, Дюрер оттачивал свое мастерство в построении композиций, в передаче пространства и перспективы, в умении отказаться от лишних подробностей и сосредоточить свое внимание на душе изображаемого, будь то дерево, листва, горы или река. В дальнейшем это ему пригодилось для создании фона на его гравюрах и картинах. Цвета и текстуры этих акварелей нашли свое отражение в картине и гравюре молящегося на фоне пейзажа святого Иеронима, которые Дюрер создал во второй половине 1490 годов.

Этюд к Блудному сыну

Это один из сохранившихся ранних композиционных набросков будущее гравюры. Он выполнен в зеркальном отображении, как если бы художник готовил его для гравирования. По гравюре заметно, что Дюрер был недоволен пространством, окружающим главную фигуру – блудного сына, который стоит на колене перед кормушкой для свиней, упирающиеся в навозную кучу, – поэтому он приблизил дома и расположил на переднем плане жадно жрущих свиней. Новая трактовка сюжета блудного сына, кульминацией которой стало не общепринятая сцены возвращения его домой, а предшествующее этому его бедственное положение на чужбине, потребовала от Дюрером и новых художественных средств для передачи глубины человеческих страданий, новых приемов работы, которые продемонстрировали техническое совершенство мастера.

Во многих рисунках Дюрера заметен его живой интерес к орнаменту, но до нас дошло немного гравюр декоративного характера. Тщательно проработанный рисунок отличает классическую колонну с гарпиями и играющими путти, предназначенную для интерьера в стиле итальянского Ренессанса. Такие декоративные узоры были чрезвычайно модны в Нюрнберге в начале 16 века. Версия гравюры на дереве тесно связана с рисунком, но, возможно, существовала и как отдельный проект для продажи на широком рынке по невысокой цене.

Портрет Эразма Роттердамского

Это последний портрет, созданный Дюрером. Художник встречался со знаменитым голландским учёным Эразмом из Роттердама (1467-1536), который был первым издателям Нового Завета, трижды выходившего в Нидерландах в 1520-  1521 годах. По этому случаю Эразм подарил Дюреру плащ испанского покроем и три картины, а Дюрер презентовал разуму полный комплект Страстей на меди. Эразм выказывал интерес, чтобы Дюрер написал его портрет, но прошло несколько месяцев, прежде чем художник выполнил пожелание. Судя по выражениям внешней формальности, Дюрер считал Эразма как писателя. Латинская надпись на портрете гласит: «Портрет Эразма из Роттердама, написанный с натуры Альбрехтом Дюрером», а ниже по-гречески добавлено, что сочинения Эразма представляют куда лучший портрет этого человека, чем гравюра.

Портрет Ульриха Варнбюлера

По сравнению с большим количеством рисованных портретов Дюрер создал всего восемь гравированных, из них лишь два – гравюры на дереве, выполненные в конце его творческого пути. Эскиз этой ксилографии сделан согласно закону пропорций, который он подчерпнул у Витрувия и часто использовал не только для своих портретов углем: голова и плечи сидящего человека даны на темном фоне, а наверху оставлено свободное место для надписи. Ульрих Варнбюлер 1471-1544 с 1507 г был управляющим делами Имперского Верховного суда, а в 1531 стал его канцлером. Судя по тщательно прописанной надписи на свитке, он был хорошо знаком с художником: «Альбрехт Дюрер из Нюрнберга хотел бы донести до потомков и сохранить этим привязанность своего единственного друга Ульриха по фамилии Варнбюлер, канцлера Верховного суда Римской империи и в то же время выдающегося учебного-лингвиста».