Адам и Мирьям

Чёрт знает что! Сидишь, тупо пялишься в монитор и не знаешь, как начать, чем продолжить и какие слова сделать финальными в отзыве на эту прочитанную книгу. Самое простое — пойти банальным путём, т.е. наставить кучку восклицательных знаков с хвалебно-восторженными эпитетами и пятёрочным набором. И рассказы эти, составившие авторский сборник Дины Рубиной, вполне заслуживают и того, и другого — и восклицательных знаков, и хвалебных эпитетов, и восторженных пятёрок и сердечек в придачу.

Но всё равно из всего этого не получится сделать кальку с собственных твоих читательских чувств и мыслей, эмоций и напластований памяти. Всё равно из такого отзыва никто не поймёт, отчего у тебя дрожали пальцы рук, перелистывающих страницы потрёпанного библиотечного томика. Почему ты то и дело бегал в ванную комнату и пригоршнями швырял себе в лицо холодную воду из под крана — уж не для того ли, чтобы спрятать красноту припухших глаз? Почему ты при чтении рассказа "Адам и Мирьям" вдруг отложил рубинский томик в сторону и пошёл заваривать кирпичного цвета чай — может, чтобы перебить трепыхания сердечной мышцы истошным стуком миокарда, возбуждённого танином и кофеином, и прочими чайными алкалоидами? Почему после чтения ты украдкой взял в руки свой старенький фотоальбом и стал его перелистывать, задерживаясь на некоторых девичьих портретах и прислушиваясь при этом, не идёт ли супруга...

Считается, что любой человек стремится к состоянию счастья, к ощущению счастья, к переживанию счастья, только, и непременно и исключительно к счастью. Нифига! На самом деле все мы стремимся получить по ходу жизни тот или иной набор определённых эмоций и состояний, при этом у каждого человека этот набор свой, собственный, отличающийся от такого же набора других людей. И совсем не обязательно, что в наборе этом должны присутствовать только положительно окрашенные эмоции, только "счастливые" чувства и состояния. Для полноты жизни набор этот должен содержать весь спектр эмоционально-чувственных переживаний, чувств, эмоций и состояний — только тогда мы ощущаем заполненность жизни.

И такие мысли приходят в голову вовсе не после лекций на психологическом факультете. А после чтения таких книг, как эта. После разговора с авторами, подобными Дине Рубиной.

Вот. Поговорили...

Сегодня был тяжелый день. Режиссер словно с ума сошел, кричал как я не знаю кто! Обед привезли поздно, да и то гороховый суп! Я его не ем! Пришлось покупать у старушки кореянки пегоди. Хоть это спасло. Ко всему этому, как и бывает у звезданутых, одна актриса задержалась на целых три часа! А придя на площадку вела себя словно - принцесса и "брюльянтово" у нее все! Это не так, то не так, свет тусклый, актер плохо пахнет, и так далее. У режиссера нет сил, чуть ли не отсох язык,. Я не выдержала, поставила рацию на стол, повернула кепку назад, подошла к ней... ну вообщем не буду дальше рассказывать, не интересно все это. Расскажу лишь итог, еду в метро, настроение ...па! Открыла ридер, а там "гобелен" Рубиной. Я его читала не раз, и снова словно машинально прочитывая понимала что улыбаюсь. Парнишка напротив сказал: - Наконец-то вы улыбнулись...

Очень тяжелый рассказ, который невозможно спокойно слушать.
Поэтому Мирьям лишь через 30 лет смогла впервые поделиться тем, что она пережила.
И то от третьего лица, называя себя покойницей.
Но о том, как выползала из шевелящейся могилы, выплевывая комья глины с кровью, смогла поделиться только с одним самым близким человеком - Адамом.
Мы об этом не услышим, но и того, что коснулось наших ушей, достаточно для жуткого потрясения: "Неужели такое можно пережить и не свихнуться?"
Спойлер...
Гродненское гетто. Адам делает подкоп, чтобы сбежать вместе с Мирьям, но родители не отпускают девушку с любимым - строгие нравы! И семью расстреливают вместе с сотнями таких же евреев, заставив предварительно вырыть для себя яму и раздеться. Оцепенение, из которого Мирьям вывел крик младшего брата: "Папа, не сыпь мне песок в глазки!", заставило бежать, ползти, откапываться из могилы, чтобы потом два года пролежать в другой...
Можно ли назвать дальнейшую историю выживания освобождением?
Мирьям так не считает. Она осталась там, в могиле Гродненского гетто, вместе с расстрелянной семьей.
А кто эта маленькая с седым ежиком старушка, рассказывающая историю, судить нам.

Мне не понравилось. Я уже писала, и не в одной рецензии, что Дина Рубина сложный писатель для меня. В том смысле, что она меня злит почти всё время, когда читаю, но оценки высокие. А вот здесь я почти тройку не влепила.
Да, красиво, как всегда, да, проникновенно.
Но уж очень затёрто.
Не зная, что это Рубина, догадалась бы.
Медные шикарные волосы героини, сказочное, просто мистическое сходство служащего отеля с мистическим братом. Это её приёмы. И вся она такая (я про героиню) тонкая, изящная, бледнокожая, прям сияние от неё. Почти ангел, хоть и убивает невинных лабораторных мышей. Зато спасает бездомных собак. Это же какой плюс в карму!
Нет, я порядком злая. Я не понимаю героиню.
Да, страшный диагноз, да это жестоко и несправедливо.
А в чём виноваты муж и дочь? Да, они будут переживать, что их жена и мама смертельно больна. Это страшно.
А то, что она сбежала неизвестно куда и неизвестно почему, - это не травма для них?
И, вот удивительно, именно здесь, в Венеции она встречает человека, как две капли воды похожего на умершего двоюродного брата. И даже имена у них схожи, и профессия, в общем всё, как у Рубиной - немного совпадений, щепотка мистики, капля романтики и много-много красивых слов.
Ну а описание Венеции прекрасно. Этого у неё не отобрать.

Милая женщина получила права и впервые выезжает в путь. Ей Неистерпимо хочется откушать восхитительный грибной супчик. Сей гастрономический «шедевр» готовит грузинская умелица Манана, которая является хозяйкой маленького грузинского ресторанчика в самом сердце Иерусалима.) И вот, героиня направляется прямо туда. Езда немного напряженная, обзору очень мешает дождь, который хлещет как из ведра. Но если уж очень хочется вкуснейшего - природа безсильна.) И вот едет она, едет, и краем глаза замечает женщину, которая стоит на обочине, отвлеченная своими мыслями, возраст её очень сложно определить, но есть в ней что-то такое, что заставляет нарушить все мыслимые правила дорожного движения и предложить свою помощь. Женщина очень скептически отреагировала на предложение, но помощь приняла. И вот, они уже вместе отравляются к ресторанчику отведать ароматнейшего, наваристого супчика (пишу я, по пояс плавая в своих слюнях, ибо ресторанчик и блюда описаны так ярко и живописно, что читатель готов скушать все, даже не сьедобное, в пределах досягаемости.) =) А ещё – чай из лесных ягод и горячий, только с печки, хрустящий хлебушек – лаваш… Да под звучание традиционного грузинского триголосья… И с вином… О чем это я? Ах, да… Эту загадочную женщину зовут Мирьям, она приехала проститься с мужем на его могиле, но не знает, где она находится. Не спрашивайте почему так, и не ищите логики. Чтобы понять, нужно просто прочесть. А я не буду раскрывать карты, напишу только, что это произведение глубоко тронуло меня. Повергло в размышлизмы и философские рассуждения. Это очень глубокий и сильный рассказ, хоть и небольшой в обьеме. Герои яркие, сюжет увлекателен, развязка непредвиденная, но предсказуемая. Мне очень понравилось читать, внимать, вникать… И Вам советую – читайте. В произведении есть о чем подумать и над чем задуматься.)
Кстати, вполне возможно, что Адам был похоронен где-то на Масличной Горе.

«– Ну что вы… Это уже другая, «Гапринди, шаво мерцхало»… Слышите? Они замирают, сходят на pianissimo … и вдруг тоска вспыхивает, как пламя в очаге…»

У меня с Диной Рубиной странные отношения. Я читаю её произведения. И они мне нравятся. Пишет ведь она замечательно. А потом приходит странное послевкусие, что что-то не так. Слегка есть ощущение какой-то наигранности, что ли. А может правильнее будет сказать, что переигрывает.
Я, правда, не знаю, как правильно. Но она правда мне нравится. Вот такая дилемма.

А сам по себе рассказ- это какое-то невероятное, я бы даже сказала не вполне возможное, но вдруг вполне мною осязаемое сочетание вкуса и боли. Да-да, именно так.
На протяжении всего повествования мне постоянно хотелось того грибного, ароматного супу, что готовили в небольшой грузинской харчевне Васо и Мананы. Я прям слышала его аромат, как и аромат чаю, вобравшего в себе все запахи леса, и даже ощущала тёрпкий пряный вкус хванчкары. А уж этот свежеиспечённый лаваш с завёрнутыми в него зеленью, лобио, баклажанами с чесноком… Чувствуете, как выделяется слюна?
И следом тяжёлая, страшная в своей правдивости и жестокости история любви и смерти. История жизни и боли двух людей, вина которых была только в том, что они родились евреями.
Ну какая тут еда, после ужасов рассказа о годах, живьём проведённых в яме под домом, почти могиле, о настоящей могиле, которая дышала и всхлипывала ещё несколько дней после зверства, которое там учинили фашисты (о эти могилы на бескрайних полях моей страны, живая, непроходящая боль).
Печально сознавать, что «милосердие и страх, добро и жестокость не распределены между разными людьми, а соседствуют в каждом человеке. И всякое чувство не бесконечно…» Печально знать, что мы устаём от всего… когда-нибудь.

Для клуба Последний романтик ЛЛ

Бывают такие живые и удобные рассказы, в которые птойих атмосфере, в том же ритме, с таким же комфортом в душе. Герои мелькнули в твоей жизни всего на несколько минут, но кажется, будто они давно знакомы. Живые, осязаемые, творящие, чувствующие. Именно таким был для меня рассказ "Шарфик" Рубиной. Хоть он и короткий, но попадает в сердце. И хочется еще. Остановить время и продолжать наслаждаться этим ощущением покоя, неторопливости и одновременно реальности с легкой грустью.

Рассказ повествует о вынужденной встрече известной поэтессы с визажистом и фотографом, которые пришли сделать профессиональные снимки для журнала с ее интервью. Это был необычный и новый опыт для поэтессы, который привел к волнующим результатам работы и знакомству с интересными людьми и историей одного из них. Рассказ написан в живом стиле, с тонким психологизмом и философией.

Главная мысль рассказа "Шарфик" Рубиной, на мой взгляд, заключается в том, что профессионализм и преданность своему делу могут принести значимые изменения в жизнь человека. Эта история говорит, что иногда нужно выйти за пределы своей зоны комфорта и положиться на профессионалов, чтобы достичь новых высот и открыть новые возможности.

Уже не первое произведение Дины Рубиной, которое я читаю, но неизменно я остаюсь в восхищении от прекрасного языка, которым оно написано. Дине Ильиничне удается передать с помощью порой таких обычных слов все: красоту мест, людей, тяжесть состояния, ужасы войны и силу невероятной любви - любви через годы...

Тяжелый рассказ, читаешь и слезы на глаза наворачиваются. Аннотация не сулила вроде бы ничего трагического, книга о любви. Да, все верно. Но это не просто любовь мужчины и женщины, это и неудержимая любовь к жизни (2 года прожить в могиле, спасаясь от немцев!), любовь к людям (чужие люди прятали седую девочку-еврейку, которая была в гетто, но чудом спаслась), любовь, которая не умирает, любовь, которую не сломить ни расстояниям, ни разлуке, ни времени...

Трагическое большую часть повествование, но конец очень оптимистичный и радостный: жизнь, несмотря ни на какие удары судьбы, продолжается и надо идти до конца, особенно если есть хоть маленький, но шанс.

Очень понравились и главные героини. Они, кстати, чем-то похожи - своей открытостью миру, наверное, и спонтанностью...

И потрясающая уютная атмосфера небольшого ресторанчика, в котором можно спрятаться от дождя...

Совсем небольшой рассказ, но столько всего в нем удивительным образом сплелось. И оставляет после себя очень светлое ощущение - ощущение надежды...

5 баллов из пяти.

У Дины Ильиничны есть рассказы под каждое настроение и под каждый случай. Бывают люди, напичканные притчами или случаями из жизни, которые они могут ввернуть при любой ситуации или событии. Вот и у Рубиной также. У нее есть рассказы или новеллы про что-то смешное или просто веселое. Про грустное или страшное. Про смешное и страшное одновременно. И каждый ее короткий текст оставляет во мне зарубку. На меня эмоционально действуют практически все истории, рассказанные ею.
Такая вроде пустяковина – рассказик или новеллка "Шарфик". Начинается она простенько, зарисовочка такая – у известной поэтессы решают взять интервью, к творческому юбилею. К интервью нужны фотографии. И присылают фотографа с визажистом, чтобы сделать все в лучшем виде.
Через несколько дней после фотосессии к Нине Аркадьевне приезжает визажист Виктор, чтобы показать пробники и выбрать фото для публикации. И случился у них короткий разговор, который и задает тон рассказу. Делает его не просто зарисовкой из жизни. Проходной историей, рассказанной на бегу и выслушанной из вежливости. Получился короткой шедевр, драматургически завершенный и вставший на свое место в моей копилке, как патрон в обойму.

Один из самых пронзительных рассказов о любви в современной литературе. Короткий, емкий, наотмашь, до боли и душевной раны пронзительный. Я впервые прочел его в незапамятные времена, в начале 2000 х и помню то оглушающее впечатление до сих пор. И при каждом перечитывание он возвращает к тем самым ощущениям и переживаниям. Дина Ильинична в очередной раз создала шедевр.
Его невозможно посоветовать кому-то как какое-то "отличное чтение", несмотря на высоченную литературную планку. Потому что будет больно. И когда перечитываю, есть ощущение ковыряния в ране. И все равно хочется возвращаться, потому что он почти совершенен. И, наверное, когда касаешься чего-то такого, есть ощущение Высочайшего присутствия.