Первый удар

Старая военная аксиома: чтобы стать хорошим командиром, необходимо любить службу и своих людей. Чтобы стать великим полководцем, надо привыкнуть к тому, что объект своей любви порой приходится уничтожать собственными руками.

Сообщения изобиловали упоминаниями о «неверных», высадившихся на планете, и о том, что «священный свет» в опасности. Отлично. Это доказывало, что Мастер-Шеф делает именно то, что умеет лучше всего: устраивает светопреставление в стане врага.

«Восхождение правосудия» вынырнул из неевклидовой и неэйнштейновой реальности, ошибочно называемой людьми «пространством скольжения», хотя там не было ни пространства, ни чего-либо подходящего, чтобы по нему скользить.

Кортана отмечала неустойчивые враждебные сигналы по всему кораблю. Рано или поздно нам придется разобраться с ними… И лучше бы сделать это, пока они не решили разобраться с нами.

Мастер-Шеф понимал ее. Пилоты «срастались» со своими кораблями. Давали им имена и наделяли характером. Но сам Джон никогда не попадал в эту ловушку; он давно усвоил, что любым оборудованием можно пожертвовать.

— Может, к делу? — требовательным тоном произнес Локлир. — В кого надо стрелять?
— Выдохни, десантура, — проворчал сержант. — Попробуй использовать эту хрень между ушами не только для того, чтобы шлем таскать.

«Даже отправляясь в ад, — говаривал их старший наставник Мендез, — лучше делать это после хорошей разведки».

- Тебе лучше угомониться, малыш, -- рявкнул Джонсон. -- А то Мастер-Шеф может случайно сунуть тебе руку в зад и вывернуть мехом внутрь. И это будет очень милосердно... учитывая то, что с тобой хочется сотворить мне.