Секрет Высоцкого

В друге надо растворяться и отдаваться ему, как женщина - целиком и без остатка. К другу не приспосабливаются, ему не лгут в мелочах.

Без гитары он не поёт, жаль, что она не растёт сбоку.

Без гитары он не поет, жаль, что она не растет сбоку.

Но такая наша жизнь: любишь славу и восторги, не откажись иногда и дерьмом умыться.

Любая профессия умеет тренироваться.

Золотухин - человек щедрый на похвалу... Он не боится хвалить другого, потому что внутри себя уверен, что сам он все равно лучше.

Невнимательны мы друг к другу и несчастны должны быть очень этим, а мы и не замечаем даже этого.

Основные события развернулись после нас. Володя, оказывается, все время потихоньку подливал себе в сок водки и таким образом надирался.

Что это за манера - не здороваться, не видеть человека...

- Вы еще живы? А я слышала, вы повесились.

• Нет, я вскрыл себе вены.
• Какой у вас красивый голос, спойте что-нибудь, пожалуйста.

Хочется куда-нибудь ехать, все равно куда - лишь бы ехать.

Да и вообще - кто больше виноват перед Богом? Кто это знает? Не зря наша профессия была проклята церковью, что-то есть в ней ложное и разрушающее душу: уж больно она из соблазнов и искушений соткана.

Прочитал в метро, сколько успел, и не думаю, и не понимаю, о чем читал - это не важно. Я размышляю о том, что буду говорить. Фантазирую, придумываю, и целый монолог, целый доклад сочинил о том, чего не знаю, чего не читал. Значит мне важен не его труд, а моя оценка - говорильное мышление, то есть мы до того изболтались, до того швыряемся словами, верхушками знаний, до того в нас показуха сидит, что нам незачем и читать что-то, чтобы начать говорильню об этом "что-то".

Поеду - все будут знать, конечно, и перемывать кости. Но это не страшно как раз. Другое страшно! Зависимость от благодушия главного и прочих сильных. Должно сохранять дистанцию и занимать свое место сообразно таланту и уму.

И хоть мне уже скоро долбанет 26, сохраняю веру и надежду - никто и ничто не может запретить мне мечтать.

Времена не выбирают,
В них живут и умирают...
(А. Кушнер)

Мемуары бывают субъективны: то память подводит, то "бронза" искажает оценки. Дневники же исповедальны.